МАЙДАН - За вільну людину у вільній країні


Архіви Форумів Майдану

все следствия имеют причины. (или еврейский вопрос)

06/06/2004 | KE
Привожу статью - анализ, о еврействе России (РФ, Украины, Белоруссии), причине погромов, существовании определенных причин ситуации сложившейся во взаимоотношении этого народа других, в том числе и славян.
Причина установления этой статьи на форуме проста - тут есть ответ на вопрос - "почему определенные группы евреев и просто евреи вне групп, часто являются националистами?".
Статья не является антисемитской, она вообще не имеет направленности "за" или "против", это научный и весьма объективный труд.
От себя же добавлю, что знаю евреев - украинских шовинистов в Одессе и Киеве (не мало), знаю евреев, которых можно назвать русско-культурными людьми (много), знаю тех, кто вообще не интересуется этим всем. И цель приведения этой статьи, ответ пану S.D. и напоминание двум друзьям - одесским евреям (украинским шовинистам) о том, что все захваты власти и приведении становления государства на национальную или нацистскую плоскость приводили к плачевным последствиям для тех, кто это делал.

P.S. если у многоуважаемого господина профессора-писателя возникнут вопросы и дополнения, всегда рад буду их услышать. Ваши лекции по истории всегда были для меня интересными. Только, прежде, не нужно метать камни. Помните, не я создавал исторические факты, я их только привожу, в качестве аргументов.
Тем же, кто уже кричит "бей жидов" рекомендую выучить песню Высоцкого "Антисемит" и засунуть сей лозунг себе... ну, вы знаете куда.

====================================================================

Правда о погромах
Главное и наиболее тяжкое обвинение, висящее на "черносотенцах" — прежде всего на Союзе русского народа, — это, конечно, обвинение в организации погромов, выразившихся не только в разрушении и грабеже имущества евреев, но и в многочисленных убийствах... Русское слово "погром", известное уже по письменным памятникам XVI века и означающее "разорение", "опустошение" (см., например, в словаре В.И.Даля), в XX веке было превращено в своего рода кошмарный символ Российской империи. "Роgrom" внедрили во все основные языки мира, как бы "доказывая" тем самым, что дело идет об именно и только русском явлении (за это, мол, русское происхождение самого термина!). Проклятия в адрес России как "страны погромов", даже "родины погромов", звучат уже более ста лет.

Разобраться в существе дела невозможно без обращения к истории—в том числе и к истории уже далеких времен. А чтобы не возникло подозрений в тенденциозности освещения истории, я буду основываться, главным образом, на созданной вскоре после погромов наиболее значительными еврейскими учеными России, Европы и США изданной в 1908-1913 годах в Петербурге шестнадцатитомной "Еврейской энциклопедии" (в дальнейшем обозначается буквами "ЕЭ"; курсив в цитируемых текстах везде мой. - В.К.).

Оставим в стороне древнюю историю, поскольку она не имеет прямого отношения к русской истории, и начнем со средневековья. Как сообщается в ЕЭ, издавна, с первых веков нашей эры жившие в западноевропейских странах евреи лишь изредка вступали в конфликты с основным населением этих стран, и к тому же гонения на них не имели сколько-нибудь тяжелых последствий.

Однако начиная с XII века ситуация резко изменилась, и в конечном счете евреи Западной Европы пережили настоящую "катастрофу",—вернее, целый ряд (цитирую ЕЭ) "катастроф, разразившихся над ними в эпоху крестовых походов. При первом походе цветущие общины на Рейне и Дунае подверглись полному разгрому, во втором походе (1147) особенно потерпели евреи Франции... в... третий поход (1188)... разыгрался страшный мартиролог английских евреев... С тех пор и началось время преследований и стеснений для мирно развивавшегося -- до конца XII века -- английского еврейства. Завершением этого тяжелого периода было изгнание евреев из Англии в 1290 году, прошло 365 лет, пока им вновь было разрешено поселиться в этой стране... Везде на христианском Западе мы видим одну и ту же мрачную картину. Евреи, изгнанные из Англии ( 1290); Франции (1394), из многих областей Германии, Италии и с Балканского полуострова в период 1350-1450 гг. ..бежали преимущественно в славянские владения... Здесь евреи нашли верное убежище... и достигли известного благосостояния". И еще о судьбе евреев в Испании: "В 1391 г. в одной лишь Севилье чернь убила ЗОООО евреев... Тысячи людей были брошены в тюрьмы, подвергнуты пыткам и преданы костру". А в 1492 году "несколько сот тысяч евреев (то есть все жившие тогда в Испании. -- В.К.) должны были оставить страну" (ЕЭ, т. 7, с. 453 —454).

Весьма характерно, что в 1987 году английский историк С.Хейлайзер опубликовал работу под названием "Первый Холокост: Инквизиция и новообращенные евреи Испании и Португалии", в которой основательно утверждает, что события ХУ-ХУI веков вполне сопоставимы с тотальным уничтожением евреев германским нацизмом (слово"холокост" -- буквально "всесожжение" -- обычно употребляется на Западе по отношению к трагедии еврейства во время Второй мировой войны) ( 1).

Под "славянскими владениями", где нашли "верное убежище" и достигли "известного благосостояния" пережившие катастрофу западноевропейские евреи, ЕЭ имеет в виду прежде всего Польшу; там в ХУ-ХУI веках "евреи, -- как сказано в ЕЭ,—являлись необходимым звеном между дворянством и крепостными крестьянами; торговля и промышленность (точнее, доходные ремесла. - В.К.) были сосредоточены в их руках". Но в "середине XVII века наступил кризис также для евреев Польши" (там же).

Здесь необходимо вдуматься в ход дела, который освещен во многих различных статьях ЕЭ. Евреи повсюду, где они жили, "сосредоточивали" в своих руках торгово-финансовую деятельность, и до определенного исторического момента это было, так сказать, в порядке вещей. Но по мере экономического "прогресса" все более значительная часть основного населения любой из стран, где имелись евреи—часть, которая ранее всецело жила в рамках натурального хозяйства,—начинала все более интенсивно вовлекаться в торгово-финансовую сферу и тем самым в конце концов неизбежно вступала в конфликт с евреями. Так, если в ХУ-ХУI веках польские евреи пребывали в ненарушаемом "благосостоянии", то в XVII веке, "когда шляхта (то есть польское дворянство. —В.К.) окрепла (точнее—развилась. —В.К.) экономически, она стала вести антиеврейскую политику" (т. 12, С.706), что привело к самым тяжелым последствиям для евреев Польши.

В западноевропейских странах это произошло значительно раньше; там уже "до 1500 года погибло около 380000(!) евреев; надо полагать, что всего их числилось в это время 1000000 на всем земном шаре" (т 11, с. 527); следовательно, в Западной Европе было уничтожено тогда около 40 процентов евреев всего мира...

Можно ли, зная обо всем этом, считать Россию "родиной погромов"?! Здесь, впрочем, вполне вероятно такое возражение: чудовищные противоеврейские акции в странах Западной Европы происходили в далекие -- еще "варварские" -- времена, а в Российской империи погромы имели место уже в конце XIX -- начале XX века. Но, во-первых, наибольший размах "катастрофа" западноевропейских евреев приобрела отнюдь не в действительно "варварские" столетия, а как раз в заведомо "прогрессивную" эпоху Возрождения. А во-вторых, сегодня, в сущности, замалчивается тот факт, что погромы и в новейшее время происходили не только в России, но и в таких западных странах, как Германия и Австрия.

Правда, погромов в это время не было во Франции или Англии, но это имеет свое четкое объяснение. В ХIII-ХУ веках евреи, как мы видели, изгоняются из почти всех западноевропейских стран; в ЕЭ показано, что вопрос там стоял самым жестким образом —либо изгнание, либо полное уничтожение... И евреи "бежали" с Запада в Восточную Европу,—главным образом в Польшу.

Только со времени буржуазных революций ХУI-ХУIII веков они начали понемногу возвращаться на Запад -- и прежде всего, естественно, в наиболее близкие к Польше Германию и Австрию. А во Франции и Англии их в ХIХ веке было слишком немного для того, чтобы "сосредоточить" в своих руках финансово-торговую деятельность. ЕЭ сообщала, что даже в начале XX века во Франции было всего 86 тысяч евреев (то есть 0,2 процента -- два человека на тысячу -- основного населения), в Италии 47 тысяч, а в Испании 2,5 тысячи (т. II, с. 531, 528). Другое дело — Германия, где в это время жило уже около 600 тысяч евреев, и тем более Австрия, где их количество превышало 2 миллиона человек.

Как сказано в ЕЭ, "замечается перемещение еврейского населения вплоть до 60-70-х гг XIX века из восточной части Европы..." И "с конца 70-х годов и начала 80-х годов в разных местах Европы—в Германии, Австрии и (даже! -- В.К.) Франции вспыхивает злобная антисемитская агитация" (т. 7, с. 457).

Впрочем, еще ранее это "перемещение" евреев "приводит к ряду погромов в Германии" (там же, с. 456), где "старые средневековые предрассудки вспыхнули снова... К этому присоединились недоброжелательные чувства, возникшие на почве торговой конкуренции... Во многих немецких городах ненависть горожан к евреям вскоре привела к насилиям. Правительства должны были защищать евреев вооруженной силой" (как позднее и в Российской империи...). Впоследствии снова "в Германии вспыхнуло (1878) антисемитское движение... Результатом антисемитской травли был процесс о поджоте синагоги в Нейштеттине ( 1884), процесс о ритуальном убийстве ( 1892) в Ксантене и Коницкое дело 1899 г" (т.6, С.363-367). И в Австрии также "нарастает... антисемитизм, который проявляется в экономическом бойкоте, в погромах (особенно в конце 1890-х годов), в фактическом лишении евреев прав" (т. 7, с. 459).

Короче говоря, постоянно пропагандируемое мнение, что-де в новейшее время погромы характерны именно для России, является очевидной фальсификацией. Необходимо еще сказать и о том, что острые конфликты между основным населением и евреями возникали, как правило, на экономической почве. И потому едва ли верна приведенная только что формулировка ЕЭ, согласно которой в Германии XIX века "старые средневековые предрассудки вспыхнули снова", а уж к этой — будто бы главной — причине погромов "присоединились чувства", вызванные конкуренцией в торговле.

Поскольку иудаизм издавна воспринимался как явление, враждебное христианству, "предрассудки", без сомнения, имелись с самого начала истории средневековой Европы. Но, как показано выше, "катастрофа" разразилась только в конце средневековья, а не тогда, когда "средневековые предрассудки" были действительно прочными и всеобшими. Тем более это относится к событиям XIX века. И безусловно правильней будет сказать, что "старые" предрассудки "присоединялись" к конфликту, порожденному "торговой конкуренцией", а не наоборот.

Вообще едва ли можно оспорить тот факт, что религиозные и иные идеологические "доводы" выступали всегда как средство "оправдания" погромов, а не как их причина. Это недвусмысленно показал видный еврейский ученый Д.С.Пасманик в статье "Погромы в России" (БЭ, т, 12, с. 620), утверждая, что у погромщиков не было "явно выраженной расовой вражды... Не раз те же крестьяне, которые грабили еврейское добро, укрывали у себя спасающихся евреев". Кстати сказать, тогда, во времена российских погромов, констатирует ЕЭ, "только немногие говорили о племенной и расовой ненависти: остальные считали, что погромное движение возникло на экономической почве" (там же, с. 634). Это уже позднее была выдумана или же, в крайнем случае, непомерно раздута некая якобы характерная для населения России ненависть к евреям как таковым. Впрочем, обратимся непосредственно к истории погромов в российской империи.

* * *

Часто можно прочитать или услышать о том, что первый противоеврейский погром в России, вернее, на Руси имел место еще давным-давно—в 1113 году, когда, согласно Ипатьевской летописи, "кияне же разъграбиша двор Путятин тысячьского, идоша на жиды и разъграбиша и" (то есть "киевляне разграбили двор тысяцкого Путяты, затем пошли на евреев и разграбили их").

Однако киевляне выступили тогда, собстаенно говоря, не против евреев, а против власти. Князь Святополк Изяславич, теснейшим образом связанный (как и его двоюродный дед и тезка Святополк Окаянный) с Польшей (его матерью была сестра польского короля, а сам он обручил своих сына и дочь с членами польской королевской семьи), по-видимому, "импортировал" из Польши группу еврейских торговцев и ростовщиков, которые играли существенную роль в его экономической политике, вызывавшей резкое недовольство киевлян. И сразу после смерти Святополка (16 апреля 1113 года) киевляне "погромили" его "правительство" -- в том числе тысяцкого -- то есть своего рода военного министра -- и евреев, как бы входивших в состав министерства финансов и торговли. В ЕЭ справедливо говорится о Святополке, что "после его смерти толпа возмутилась против приверженцев великого князя и напала на евреев" (т 9, с. 516). То есть евреи пострадали именно и только как приверженцыкнязя и следовательно, "погром" этот нет никаких оснований считать "противоеврейским" в собственном смысле слова.

Существенно здесь другое: то, что оказавшиеся в Киеве в ХII веке евреи связаны с Польшей; ведь вся позднейшая история евреев Российской империи берет свое начало именно в Польше.

Обращаясь к этой теме, нельзя не сказать, что хотя -- это и выглядит лаже странно - -- большинство русских людей не имеет ясного представления об истории взаимоотношений России с Польшей, а также тесно связанной с последней Литвой, которая в ХУ-ХУI веках вошла в состав Польши.

В XIV веке Литва, воспользовавшись резким ослаблением и, особенно, раздробленностью Руси после монгольского нашествия, отторгла у нее громадную территорию. Если до монгольского нашествия западная границ” Руси проходила по реке Буг (и даже западнее ее), то есть за тысячу километров от Москвы, то в XIV веке она оказалась немногим западнее города Ржева, то есть всего лишь в двухстах (!) километрах от Москвы. Только к последней трети XVII века граница с Польшей передвинулась на запад до Днепра и лишь в конце XVIII века вернулась на Буг

За четыре с лишним столетия (XIV -XVIII) на отторгнутых Литвой и Польшей землях даже сформировались самостоятельные украинский и белорусский народы, что едва ли бы произошло, если бы эти земли пребывали в границах единой Руси. Но так или иначе возвращение этих земель в состав России, завершившееся к концу XVIII века, было, надо думать, более "естественным" для них историческим уделом, нежели существование их под польской властью (любопытно, что Украина —то есть "окраина" — получила это свое название еще при польской власти, и обозначало оно тогда восточный "край" Польши, а позднее, напротив, западный "край" России...).

Тем не менее, как ни удивительно, многие русские люди повторяют заведомо несостоятельную версию об участии России в "разделах Польши" (в 1772-1795 годах). Действительно польские земли "разделили" тогда между собой Австрия и Германия (точнее, Пруссия), а Россия только возвратила в свои границы исконно русские или, скажем так, исконно восточнославянские земли (они и сегодня входят в состав Украины и Белоруссии).

Правда, после Отечественной войны 1812 года, в ходе которой польские войска чрезвычайно активно выступили на стороне Наполеона, России—в порядке своего рода "наказания" поляков — были отданы по решению общеевропейского конгресса 1815 гола в Вене уже в самом деле польские земли с центром в Варшаве, которым присвоили статус относительно автономного Царства Польского, просуществовавшего до 1917 гола. И вот это действительно было со стороны России узурпацией, "разделом" Полыни, хотя его и "оправдывали" агрессивными действиями поляков в 1812 году.

В Польше евреи жили издавна -- по меньшей мере с IX века, - -- но подавляющее большинство польских евреев принадлежало к потомкам тех, кто вынуждены были, начиная с ХII-ХIII веков, "бежать" из западных стран. Постепенно евреи заселили и отторгнутые Литвой и Польшей от Руси земли. Но здесь они вступили в острый конфликт с коренным населением (украинским и белоруским), которое по мере течения времени все более тяготилось польским владычеством над ним. Как справедливо сказано в ЕЭ, "служа интересам землевладельцев (польских. -- В.К.) и правительства (сплошь да рядом магнат-землевладелец состоял королевским старостой), евреи навлекли на себя ненависть населения, стонавшего под политическим и экономическим гнетом... Крестьянская масса усматривала в евреях исполнителей воли польской шляхты. Сбрасывая с себя политическое и экономическое иго, она обрушилась с одинаковой яростью на помещиков и евреев" (т. 15,с.645). Да, с 1630-х до 1770-х годов евреи на принадлежавших тогда Польше восточнославянских землях испытывали тяжелейшие погромы, а подчас даже просто массовые убийства. После же возвращения этих земель в состав России (вовремя"разделов Польши в 1772-1795 годах) погромы полностью прекратились и начались здесь снова -- уже по другим причинам -- только в 1880-х годах, то есть более чем через столетие. •

Написанная видным еврейским историком Ю.И.Гессеном (1871-1939) первая часть статьи ЕЭ "Погромы в России" начинается так: "Первые по времени три случая погрома евреев произошли в Одессе в 1821, 1859 и 1871 годах. Это были случайные явления (вернее, как мы увидим, не "случайные", а не имевшие непосредственного отношения к России. -- В.К.), вызвавшиеся, главным образом, недружелюбием к евреям со стороны местного греческого населения"(т. 12,с.611); "греческая колония играла в то время главную роль в 0дессе как в управлении, так и в торговле". Следовательно, "это был в сущности "греческий" погром, так как зачинщиками и почти единственными участниками были греки -- матросы с прибывших кораблей (то есть даже не российские граждане. -- В.К.) и присоединившиеся к ним одесские греки" (там же, с. 55).

Действительная история погромов в Российской империи берет свое начало в 1881 году. 15-17 апреля состоялся первый погром в Елисаветграде, и целая волна более или менее значительных инцидентов продолжалась затем до 1884 года; она затронула более 150(!) городов, местечек, селений... Именно тогда русское слово "погром" постепенно становится обозначением прежде всего и главным образом противоеврейской акции.

Для понимания сушества дела важна статья, опубликованная в XX томе "Энциклопедического словаря" Брокгауза-Ефрона, изданном в 1891 году (с. 530): "Нападение одной части населения на другую (так озаглавлена статья. -- В.К.)—преступление, предусмотренное законом... образующим 269 статью Уложения о наказаниях. До издания этого закона наше Уложение о наказаниях не содержало... правил относительно таких проявлений злой воли... Этот пробел закона оказался особенно ощутительным в начале 1880-х годов, когда судебной власти пришлось иметь дело с так называемыми "еврейскими погромами" (то есть слово "погром" еще только приобретало значение противоеврейской акции.— - В.К.).Подобные нападения требовали уголовной кары, но единственно подходящим законом была статья 38 Устава о наказаниях, предусматривающая "буйство в публичных местах" пол страхом одного лишь ареста или денежного взыскания. Явное несоответствие таких кар характеру и размерам антиеврейских беспорядков вызвало уже в 1882 году циркулярное разъяснение Министерства юстиции" и т.д. Российское правительство обвиняли и продолжают обвинять чуть ли не в организации погромов, ниже об этом поистине нелепейшем обвинении еще пойдет речь, но нельзя не обратить здесь внимания на тот факт, что ради борьбы с погромами правительство немедля создает специальную законодательную норму.

Что же касается самого преступления, то виновный в нем был определен тогда в Уложении о наказаниях так: "...Всякий участник "публичного скопища"... соединенными силами совершившегося похищение или повреждение чужого имущества, или вторжение в чужое жилище, или покушение на эти преступления..."(там же).

По всей вероятности, может возникнуть недоумение по поводу самого характера описанных здесь действий погромщиков, ибо ведь известно, что погромы выразились не только в повреждении и похищении имущества евреев, но и во множестве убийств. Однако человеческие жертвы присущи позднейшим погромам (1903 -1906 гг.), а в 1880-х годах, согласно разысканиям Ю.И.Гессена, "в большинстве случаев беспорядки ограничились разгромом шинков", значительно реже бывало так, что "имущество евреев подвергалось разграблению, а в единичных случаях произошло и избиение". (2)

Ю.И.Гессен учитывает все случаи нанесения ущерба евреям (вплоть до разбития стекол в каком-либо шинке), и таких случаев в 1881 - 1884 годах было, как уже сказано, более 150; историк также выяснил, что только в двух случаях дело дошло до гибели одного еврея (то есть всего погибло двое); это произошло, очевидно, непреднамеренно (то есть не было "установки" на убийства). А вместе с тем Ю.И.Гессен сообщил, что усмирявшие погромщиков "солдаты стреляли и убили несколько крестьян"; согласно опубликованным позднее документальным данным было убито даже не "несколько" в общепринятом смысле этого слова, а 19 крестьян (3) (это ясно показывает отношение власти к погромщикам). Словом, в 1880-х годах происходили именно погромы — то есть разрушения и грабежи.

Нельзя не сказать здесь еще и о следующем. Сам тот факт, что первые погромы в Российской империи произошли только более чем через сто лет после возвращения отторгнутых некогда Польшей и затем заселенных, в частности, и евреями земель, ясно свидетельствует: острый конфликт между евреями и основным населением этих земель (конфликт, который ранее вызывался здесь теснейшей связью евреев с ненавистной польской властью) возник лишь с определенного исторического момента. Он возник спустя два десятилетия после Крестьянской реформы, когда основное население было -- на пути "прогресса" -- вовлечено в торгово-финансовые отношения.

Именно об этом говорит и Ю.И.Гессен. Он сначала ссылается на мнение "официальных" экспертов, полагавших, что "важнейшую роль в погромах сыграла торгово-промышленная деятельность евреев -- сосредоточив в своих руках значительную часть торгово-промышленных предприятий, существовавших в крае, а также большие денежные средства, евреи стали вызывать в окружающем населении против себя вражду". Изложив это, так сказать, общее мнение, Ю.И.Гессен заключал далее уже лично от себя: "Действительно, еврейское население южных губерний находилось а удовлетворительных экономических условиях... между тем местное крестьянство переживало чрезвычайно тяжелые времена, не имея в своем распоряжении достаточно земли, чему отчасти (это слово явно "смягчает" реальное положение вещей. -- В.К.) содействовали богатые евреи, арендуя помещичьи земли и тем возвышая арендную плату, непосильную для крестьян" (с. 219,220).

Нетрудно понять, что система новых экономических отношений (в том числе арендных) сложилась именно после реформы 1861 года и через два десятилетия, в 1880-х годах, привела к погромам. Ю.И.Гессен -- нелишенный объективности историк — -- показал ту жизненную почву, на которой произросли погромные настроения.

Таким образом, в 1880-х годах в России повторилось то, что происходило в странах Западной Европы (гораздо раньше вступивших на путь "прогресса") накануне эпохи Возрождения и непосредственно в эту эпоху. Но повторилось, надо прямо сказать, в несоизмеримо менее жестоком и широкомасштабном виде. Вспомним также, что в XIX веке погромы (ранее, чем в России) произошли в Австрии и Германии.

Обо всем этом необходимо знать потому, что иначе не будет ясна несомненная искусственность и, более того, злонамеренность "превращения" России в некую "страну погромов" (или даже их "родину"), — почему, мол. и само это всемирно известное слово пришло именно из русского языка...

* * *

Но пойдем далее. Первый действительно страшный кровавый погром разразился на территории Российской империи с 6 (точнее, начиная с 7-го) по 8 апреля 1903 года в Кишиневе. Здесь погибли тогда 43 человека, из которых 39 были евреи. Подробную картину этого погрома дает объемистый 1-й том "Материалов для истории антиеврейских погромов в России", изданный в Петрограде в 1919 году известными еврейскими историками С.М.Дубновым и ГЯ.Красным-Адмони.

В томе представлены материалы и враждебные евреям, и вполне им сочувственные (как, например, официальные записки прокурора А.И.Поллана), но основной ход событий во всех материалах одинаков: во второй половине дня 6 апреля в Кишиневе началось, пользуясь юридическим языком, "повреждение и похищение" имущества евреев, и лишь поздно вечером полиция и войска разогнали погромщиков; утром же 7-го евреи, вооружась чем попало, а также револьверами, решили расправиться с погромщиками, и после убийства (выстрелами из револьверов) одного или, по другим сведениям, двух и ранении нескольких "христиан" начался уже не погром в прежнем смысле, а жестокое побоище, в результате которого 39 евреев было убито и множество ранено.

Проведя расследование, прокурор А.И.Поллан (отнюдь не враждебный евреям человек) писал 11 апреля 1903 года о ходе событий в Кишиневе, начиная с 6 апреля:

"Молодежь, состоящая преимущественно из подростков, начала бить стекла в еврейских домах, выбрасывать их имущество и уничтожать его... Угрожающего характера беспорядки не принимали... К вечеру, когда пригласили войска, были арестованы 62 человека. На другой день, 7 апреля, беспорядки возобновились... Некоторые евреи, защищая свое имущество, начали стрелять из револьверов, и один из них, который застрелил одного из буянов, был немедленно убит. Затем были убиты и ранены многие евреи... В настоящее время убитых уже насчитывают более 40... Из христиан убито 3 человека... Убитых евреев из огнестрельного оружия нет".

В позднейшей записке А.И.Поллан сообщал о выяснившемся к тому времени факте, который вызвал наибольшее ожесточение погромщиков: "Следствием установлено, что убит был один христианский мальчик" (там же, с. 203). В дальнейшем было убито и несколько еврейских детей...

При этом следует учитывать, что в Кишиневе, согласно переписи 1897 года, на 108403 человека населения приходилось 50257 человек иудейского вероисповедания (то есть 4б,3 %); это объясняет особую напряженность столкновения.

Наконец, необходимо иметь в виду, что Кишинев и Бессарабская губерния (позднее—Молдавия) вообще представляли собой—с точки зрения отношений основного населения и евреев—настоящий пороховой погреб, для взрыва которого вполне достаточно было и одного револьверного выстрела. В.В.Розанов, который позднее провел лето в Бессарабии, так изложил представления местных жителей о ситуации, создавшейся в Бессарабской губернии (текст этот, затерявшийся в подшивках газеты "Новое время", разыскал и опубликовал в культурнейшем современном журнале "Литературная учеба" В.Г.Сукач):

"Сила его (речь идет об экономической силе еврейства. -- В.К.) всегда больше силы окружающего населения, хотя бы евреев была горсточка, и даже всего пять-шесть семей, ибо эти пять-шесть семей имеют родственные, общественные, торговые, денежные связи с Бердичевым и Варшавой, да и с Венгрией, с Австрией; в сущности со всем светом. И этот "весь еврейский свет" поддерживает каждого Шмуля из Сахарны (бессарабская местность, где жил Розанов. -- В.К.), и "Шмуль в Сахарне" забирает всю Сахарну в свои руки, уже для пользы не своей, а всего совокупного еврейства, ибо, укрепившись здесь, он немедленно призывает сюда родственников, родичей, единоверцев в помощь себе (стоит сообщить, что в 1847 году в Бессарабской губернии проживало 20232 еврея, -- а всего через 50 лет, в 1897 году, в 11 раз больше—228528 (!); см. ЕЭ, т. 4, с. 373,377.— - В.К.), в компанию с собою, в сущности за один обеденный стол с собою, где они кушают темную молдавскую Сахарну, кушают ее посевы, ее птицу, ее скот, все это скупая за бесценок через моментально образуемые синдикаты и не подпуская никакого чужого покупателя ни к какому продукту, сырью, свежине. Сахарна пашет, работает, потеет, а евреи ее пот обращают в золото и кладут в карман. Они имеют "у своих" бесконечный кредит под свои способности, под свою живость, под свою оборотливость. Какая же с ними конкуренция, когда в каждой точке они—"все", а всякий русский, хохол, валах —"один".."

Изложив это, В.В.Розанов отметил: "Передаю все в том "сыром материале", как взял с земли, не прибавляя ни размышления, ни даже "да" или "нет"..".(5)

Впрочем, Розанов с самого начала представил свой рассказ как обобщение того, что он слышал от бессарабцев: они воспринимали деятельность евреев как своего рода высасывание соков из их земли и из них самих. И в разрушении и грабеже имущества евреев они усматривали некое "восстановление справедливости".

Однако беспристрастный наблюдатель с полным правом возразит, что никакого насилия или хотя бы беззакония евреи по отношению к бессарабцам не совершали: они только умело и сплоченно занимались финансово-торговой деятельностью. И никто не мешал "туземцам" сплотиться и потеснить евреев в честном экономическом соревновании. И тот факт, что они вместо этого устроили погром, свидетельствует только об их деловой несостоятельности, заставлявшей их прибегать к грубой силе. Наконец, это особенно безнравственно потому, что в целом евреи составляли меньшинство населения Бессарабии (всего около 12%); естественно предположить, что при количественном равенстве "туземцы" и не решились бы на погром...

Все это в сущности неоспоримо; но если возвратиться к сделанному по материалам ЕЭ обзору истории конфликта евреев с основным населением, нетрудно убедиться, что дело, как правило, доходило в какой-то момент до погромов, — будь то в Англии, Франции, Германии или Австрии. То есть все "туземцы" оказывались несостоятельными...

Это, надо думать, означает, что экономический конфликт был неразрешим на экономической же почве. И в самом деле: евреи в начале XX века составляли 4 с небольшим процента населения Российской империи, но если говорить о людях, занятых в торговле, то согласно переписи 1897 года в городах империи их насчитывалось 618926, и 450427 из них были евреи (ЕЭ,т. 13,с.649), то есть торговцев всех других национальностей имелась 168499 человек—по-чти в три раза (точно—в2,7) меньше! При таких условиях собственно экономическое соревнование, конечно, было невозможно; конкурентам евреев недоставало для соревнования на равных более 280000 торговых людей...

Эти цифры характеризуют положение в Российской империи в целом; но тут же в ЕЭ отмечено, что "одни евреи сообщают Бессарабии торговое движение" (там же, с. 647).

Словом, конфликт предстает как поистине неразрешимый При этом необходимо еще иметь в виду, что конфликт тогда был совершенно очевидным, наглядным: любой житель Бессарабской губернии, будучи вовлечен "прогрессом" в торгово-финансовые отношения, неизбежно самым непосредственным образом сталкивался в своем повседневном быту с евреями, почти целиком держащими в своих руках торговую сферу. Это важно учитывать потому, что для позднейшего, еще более "прогрессивного" устройства общества такое прямое и постоянное столкновение уже вовсе не характерно: люди, в чьих руках находится финансово-торговое владычество, в сущности, "невидимы", они не соприкасаются на бытовом уровне с большинством населения.

В Бессарабской же губернии 1903 года все было, так сказать, обнажено, и жители усматривали в забравших в свои руки торговлю евреях безнаказанных грабителей (см. приведенный выше текст В.В.Розанова). И дело обстояло, очевидно, примерно так же во всех странах, где конфликт обострялся в конечном счете до погромов...

Констатация этого факта отнюдь не означает; конечно же, перекладывания вины за кишиневский погром (как и другие погромы) на евреев. Речь идет только об уяснении тяжести, даже -- что уже было отмечено -- неразрешимости конфликта. Ведь погромы обычно изображаются как порождение некой иррациональной злодейской воли, чуть ли не садизма,— что, конечно же, абсолютно неверно. А тот факт, что в Кишиневе совершались в прямом смысле слова зверские убийства евреев, был обусловлен, без сомнения, использованием огнестрельного оружия, которое опять-таки нарушило принцип борьбы на равных,—поскольку у погромщиков оружия не было, а евреи составляли почти половину (46 с лишним процентов) населения города.

Разумеется, и это отнюдь не снимает вину с погромщиков; дело идет только об объективном понимании ситуации. Ведь вообше-то безусловно господстаует точка зрения, согласно которой евреи в конфликтах с остальным населением Земли всегда и везде, в любой стране и в любое время являли собой абсолютно ни в чем не повинные жертвы корыстных, тупых и жестоких палачей. Это, конечно, не значит; что уместно и достойно выдвигать—пусть даже со всяческими оговорками—противоположную точку зрения (что во всем виноваты-де только евреи). Поскольку по-громшики обычно первыми начинали насилие, никакие последующие события не могли их "оправдать", снять с них исходную вину.

Именно так оценил ситуацию один из наиболее выдающихся идеологов "черносотенства" епископ Антоний Волынский (о нем уже не раз шла речь), который вскоре после кишиневского погрома произнес "слово" о нем, получившее широкую известность и признание. Стоило бы привести здесь это "слово" целиком, но оно весьма обширно, и я ограничусь цитированием начала.

Епископ Антоний сказал, что "доходят до нас печальные позорные вести о том, что в городе Кишиневе... происходило жестокое, бесчеловечное избиение несчастных евреев... О, Боже! Как потерпела Твоя Благость такое поругание!.."(6)

В связи с кишиневским погромом необходимо коснуться еще одной стороны дела. Об этом погроме говорится особенно много и часто потому, что в отличие от принесших еще большие жертвы погромов 1905 года, разразившихся непосредственно в условиях Революции, кишиневский предстает как особенно прискорбный: в мирное, в общем, время были зверски убиты десятки людей. И этот погром нередко квалифицируется как одно из наиболее тяжких "преступлений русского народа". Так, историк Владлен Сироткин недавно написал послесловие к двум посвященным кишиневскому погрому документальным повестям эмигранта Семена Резника, объединенным под заглавием "Кровавая карусель". Послесловие это начинается многозначительной сентенцией: "Читать "Кровавую карусель"... мне, русскому человеку, тяжело и больно". Далее дано следующее "объяснение" этой тяжести и боли, гнетущих "русского человека" В.Сироткина: "...главную заслугу Семена Резника я вижу в том, что он своей книгой пытается понять, почему в части русского народа... росла и набирала силу неприязнь к "инородцам", прежде всего к евреям?" (7)

Однако едва ли Резник в своей книге "пытается понять" именно это, так как в его повестях не раз сообщается о национальной принадлежности кишиневских погромщиков, и речь идет только о молдаванах, некоторые из коих даже не знают ни слова по-русски. Это вполне понятно, ибо Бессарабия (ныне - -- Молдова) вошла в состав Российской Империи лишь в 1812 году и не могла менее чем за столетие стать собственно "русской" провинцией (кстати сказать, после 1917 года, когда Бессарабия --до 1940 года -- стала провинцией Румынии, погромы там происходили постоянно).

И еще одна деталь -- вроде бы мелкая, но весьма существенная. В.Сироткин утверждает, что своего рода инициатором кишиневского погрома был, как он его не раз называет, "Павел Александрович Крушеван". Почему так торжественно? Да потому, что преследуется - -- сознательно или бессознательно -- цель скрыть тот факт, что Крушеван принадлежал к знатному молдавскому роду, чем очень гордился, и носил чисто молдавское имя Паволаки (а не Павел).

Да, читать о кишиневском погроме и тяжело, и больно, но по меньшей мере неуместно внедрять в разговор об этом "русского человека" и "русский народ". Владлен Сироткин может, конечно, возразить, что погромы имели место в начале века и в других, более "обрусевших" провинциях, но есть все же нечто недостойное и даже зловещее в "приписывании" именно кишиневского погрома русскому народу. Ведь это совершенно то же самое, что обвинить сегодня русский народ в зверствах по отношению к гагаузам, абхазам или туркам-месхетинцам!

Столь же недостойный характер имеет и произведенное здесь же В.Сироткиным "сопоставление" России и Франции в свете двух судебных процессов -- Дрейфуса, в защиту которого выступал Золя, и Бейлиса, защищаемого Короленко. "По счастью, -- обьявляет В.Сироткин, -- сторонников Э. Золя во Франции оказалось больше, чем в России сторонников В.Короленко, и антисемиты там потерпели сокрушительное поражение... В России, увы, все обстояло по-другому"... и т.д.

Это рассуждение рассчитано либо на совершенно неосведомленных, либо на до тупости распропагандированных читателей. Ведь Бейлис был при первом же судебном решении признан полностью невиновным, между тем как Дрейфус сначала был приговорен к пожизненному заключению на Чертовом острове в Южной Америке, получившим прозвание "сухая гильотина", и провел там 5 мучительных лет, затем на новом суде его еще раз приговорили - -- теперь уж, правда, только (!) к десяти годам, -- далее он был -- под громадным давлением "Дрейфусаров" - -- помилован (но не оправдан!) и, наконец, еще через семь лет (!) признан невиновным.

Нельзя не добавить к этому, что и Золя за свою поддержку Дрейфуса был приговорен к году тюрьмы и трем тысячам франков штрафа и спасся только ловким бегством в Англию, где дождался акта помилования; между тем Короленко "пострадал" разве лишь от большого количества устроенных тогда в его честь банкетов. Не приходится уже говорить о том, что в 1917-1918 годах почти все обвинители Бейлиса (начиная с прокурора О.Ю.Виппера—брата знаменитого историка) оказались в тюрьмах и уже не вышли оттуда живыми. Так где же, спрашивается, было "больше сторонников"? И не стыдно ли, тов. Сироткин, публиковать подобную дезинформацию?

* * *

"Черносотенный" епископ Антоний, говоря о кишиневских событиях, высказал отношение к погромам, присущее не только ему лично, но и русской Церкви в целом, -- хотя бессовестные пропагандисты распространяли (и продолжают распространять) абсолютно клеветническое обвинение Церкви в "сочувствии" и даже чуть ли ни в содействии погромам.

Впрочем, нельзя не коснуться и другой -- столь же клеветнической версии, согласно которой погромы "организовало"-де Российское государство, то есть конкретно—правительство. В первой действительно исследовательской работе, освещающей этот вопрос, -- в уже не раз упомянутой книге В.А.Степанова, -- на основе тщательного изучения архивных и других материалов сделан следующий вывод: "Нет сведений о прямой причастности правительства к этим (погромным. -- В.К.) делам", и в то же время налицо многочисленные "документы, свидетельствующие только о желании властей немедленно прекратить избиение вверенного их попечению населения". (8)

Правда, В.А.Степанов, на которого давят начавшиеся еще в 1900-х гг. "разоблачения" мнимых правительственных "инициаторов" погромной вакханалии, все же допускает возможность неких -- пока, правда, не обнаруженных -- сугубо "тайных" действий власти в этом направлении. Слишком велика была обработка умов, чтобы можно было—даже после тщательного исследования -- освободиться от много лет вдалбливаемой версии - -- пусть и воистину нелепейшей.

Нелепа она хотя бы уже потому, что для всякой власти опасны и, в конечном счете, гибельны любые насильственные акции самого населения. В высшей степени характерно, что противоеврейские погромы начала 1880-х годов действительно стремилась подтолкнуть и разжечь отнюдь не власть, а, напротив, главная революционная организация тех лет - -- партия Народной воли, о чем писал, например, Ю.И.Гессен: "...судя по партийному органу, члены партии считали (и правильно считали! -- В.К.) погромы соответствующими видам революционного движения; предполагалось, что погромы приучат народ к революционным выступлениям; некоторые члены Исполнительного Комитета (Народной воли. -- В.К.) изготовили 30 августа 1881 года прокламацию, призывавшую к разгрому евреев"(т. 12,с.б17-618). Между тем правительство сразу же после первого погрома 1881 года издало циркуляр, где о погромщиках говорилось, как об опасных преступниках, которые "впадают в своеволие и самоуправство... Подобные нарушения порядка не только должны быть строго преследуемы, но и заботливо предупреждаемы: ибо первый долг правительства охранять безопасность от всякого насилия и дикого самоуправства" (там же, с. 615). Как уже сообщалось, во время погромов 1880-х годов вызванными войсками были убиты 19 погромщиков и множество из них ранены. А в Уложение о наказаниях, как уже говорилось, была введена специальная статья о погромщиках.

Что же касается кровавых событий 1903 года в Кишиневе, сотни погромщиков были после них осуждены, а представители местных властей во главе с губернатором были с позором отправлены в отставку -- прежде всего за то, что не обеспечили своевременных и решительных действий военной силы для пресечения погрома.

И вот, несмотря на эти очевидные и бесспорные факты, до сего времени чуть ли ни господствует основанная на различных слухах и совершенно сомнительных "документах" (вроде якобы перехваченных кем-то "секретных инструкций") версия, согласно которой погромы организовывало правительство, отдаваяде тайные приказы местным властям. Пропагандистов сей версии не смущает лаже то, что за допушенные погромы эти самые местные власти достаточно сурово наказывались (и тем не менее в других местах именно власти якобы продолжали готовить новые погромы!).

Нельзя не отметить, что мнение о "правительственной" организации погромов нередко пытаются обосновать, ссылаясь на сочувствие погромам со стороны каких-либо отдельных лиц, причастных власти. Однако полная несостоятельность такого подхода очевидна, ибо в составе тогдашних властей имелось множество отдельных людей, сочувствовавших Революции, что, понятно, не дает оснований считать власть организатором Революции (так, например, революционерам оказывают немалую помощь -- что давно уже точно выяснено -- директор департамента полиции в 1902-1905 годах А.А.Лопухин; именно он, кстати, "разоблачал" тех отдельных правительственных лиц, которые вроде бы были готовы способствовать погромам).

И остается только поражаться доверчивостью тех, кто не способен отвергнуть пропагандистские фальшивки о правительственном "руководстве" погромами, сфабрикованные в целях дискредитации Российской власти, - -- что было обязательной и постоянной задачей всех революционных и либеральных идеологов.

Уже упомянутый действительно серьезный еврейский историк Ю.И.Гессен писал в 1926 году, что само по себе "возникновение в короткий срок на огромной площади множества погромных дружин (речы шла о погромах 1880-х годов. -- В.К.) и самое свойство их выступлений устраняют мысль о наличии единого организационного центра". (9) Да, при честном и элементарно разумном подходе "устраняется" даже и сама мысль о правительственной (да и какой-либо иной) организации погромов, но для бесчестных или глупых это, как говорится, не указ.

Реальная причина погромов -- в описанном выше (на основе, кстати сказать, работ еврейских историков) тяжелом и в сущности неразрешимом экономическом конфликте, так отчетливо проявившемся в 1903 году в Бессарабской губернии. Конечно, к экономическому конфликту могли примешиваться — и примешивались—идеологические, религиозные и чисто бытовые моменты, но корень все-таки — в финансово-торговой сфере.

Завершая разговор о нелепости версии, согласно которой погромы инспирировались правительством, напомню еще раз, что после того, как Бессарабия оказалась под властью Румынии, погромы там не только не прекратились, но приобретали подчас более ожесточенный характер. В обобщающей статье на эту тему, опубликованной в 1931 году, говоритря о противоеврейских погромах в Бессарабии: "Первая волна... прокатилась в 1919-1920, вторая в -- 1925. Наконец, уже при правительстве... Маниу (пришло к власти в 1928 году. -- В.К.) имел место ряд еврейских погромов". (9)

Это лишний раз показывает, что дело не в характере государства, а в описанном выше конфликте внутри самого населения.

* * *

Обратимся теперь непосредственно к проблеме соотношения погромов и "черносотенцев". Как мы видели, погромы начались в Российской империи в 1881 году, за четверть века до создания первой"черносотенной" организации. Так что никак нельзя считать погромы "черносотенным" изобретением. Напомню и о безоговорочном, даже можно сказать, яростном осуждении кишиневских погромщиков, прозвучавшем из уст одного из корифеев "черносотенства"—епископа Антония Волынского.

Впрочем, с "черносотенцами" связывают главным образом или даже исключительно более поздние погромы 1905-1906 годов—то есть времени первой российской революции. И поскольку евреи (чего никак нельзя опровергнуть) играли огромную роль в этой революции, а с другой стороны, "черносотенцы" исповедовали непримиримо антиреволюционные убеждения, как-то само собой возникла своего рода аксиома: погромы 1905-1906 годов организовывали "черносотенцы" (или даже, более того, -- целиком их осуществляли).

Погромы, разразившиеся в октябре 1905 гола, далеко превзошли все предшествующие (разумеется, если говорить о погромах в Российской империи); жертвы исчислялись сотнями. И вина за них приписывается "черносотенцам" - -- хотя надо прямо сказать, ровно никаких сколько-нибудь достоверных сведений об этом не существует, их просто нет.

Наиболее четкая и достаточно подробная информация о погромах 1905-1906 годов дана в специальной статье о них, принадлежащей Д.С.Пасманику. Статья написана в 1912году,когда все сведения еще можно было получить от очевидцев, а с другой стороны, уже прошло необходимое для изучения фактов время. Д.С.Пасманик (1869-1930)—один из виднейших еврейских политических и научных деятелей того времени, автор более десятка книг и множества статей, посвященных экономическим и социологическим проблемам. На его статью о погромах 1905-1906 годов опирались позднее все действительно серьезные исследователи, касавшиеся этой темы.

"17 октября 1905 года, -- писал Д.С.Пасманик, - -- был опубликован Высочайший манифест, обещавший новое государственное устройство, а с18 октября начались погромы... Погромы в разных местах произошли почти одновременно: между 18 и 29 октября...Погромы были произведены в 660 городах, местечках и деревнях, и так как в некоторых местах погромы повторялись, то всего погромов было за 12 октябрьских дней 690... Главным образом погромы происходили в южной и юго-западной частях черты еврейской оседлости. В северо-западном крае, где процентное отношение еврейского населения очень высокое, погромы крайне редки, а в некоторых губерниях... совершенно отсутствовали (об этой стороне дела речь пойдет ниже. —В.К.)... После октябрьских дней погромы произошли... в Тальсене, Белостоке и Седлеце" (10) (это уже было в следующем, 1906 году).

Д.С.Пасманик дал здесь же анализ причин октябрьских погромов: "Мелкая буржуазия... играла главную роль в эти ужасные дни... Здесь, очевидно, действовал антисемитизм на экономической почве... Она (мелкая буржуазия, то есть прежде всего торговцы. -- В.К.) имела в виду одно: уничтожить ненавистного конкурента... В некоторых местах стимулом служило обвинение евреев в революционности, а в большинстве случаев — простое желание воспользоваться чужим добром... Крестьянство участвовало в погромах исключительно в целях обогащения на счет еврейского добра"... (с. 619-620).

Здесь следует добавить, что своего рода "оправданием" грабежа еврейского имущества в глазах погромщиков служило, конечно же, мнение о евреях как "грабителях" основного населения (см.выше).

Итак, Д.С.Пасманик пришел к выводу, что октябрьские погромы имели "экономические" причины, а роль "пускового механизма" сыграл манифест 17 октября, который - -- как показано во множестве свидетельств и исследований -- создал в стране всеобщую атмосферу безвластия, вседозволенности, безнаказанности, которые, кстати сказать, гораздо, даже неизмеримо сильнее, нежели в погромах, выразились в различных революционных акциях.

Сейчас уже трудно представить себе многообразные разрушительные последствия этого манифеста. С.А.Степанов привел специфический, но очень выразительный пример: кадет В.А.Маклаков вспоминал о собрании, состоявшемся 18 октября 1905 года не где-нибудь, а в Московской консерватории (!): "В вестибюле уже шел денежный сбор под плакатом "на вооруженное восстание". На собрании читался доклад о преимуществах маузера перед браунингом"(!)(с. 50). В такой общественной атмосфере, захватившей даже и консерваторию, неизбежно должны были обнажиться все -- в том числе и не очень уж обостренные, подспудные -- конфликты, и именно потому разразилось столь громадное количество погромов.

Д.С.Пасманик недвусмысленно констатировал: "Нельзя приписать октябрьские погромы исключительно определенной организации". Правда, он счел нужным отметить тут же, что "Ф.Львов в газете "Наша жизнь" доказывал наличность организации, во главе которой стоял один известный генерал". Речь шла о статье либерального деятеля Ф.А.Львова, который пытался приписать широкомасштабную организацию погромов семидесятишестилетнему(!) генералу от инфантерии в отставке Е.В.Богдановичу(1829-1914), принадлежавшему к "правым" кругам.

Но в наше время С.А.Степанов провел, по его собственному определению, "расследование" и установил, что созданная этим генералом "дружина хоругвеносцев" имела чисто декоративное назначение, и нет никаких (цитирую С.А.Степанова) "следов черносотенной организации, якобы игравшей роль застрельщицы... Следует признать, что в распоряжении исследователей пока нет достоверных данных о существовании единого центра, руководившего погромами" (с.70,71). Поскольку в массе всякого рода сочинений утверждается (совершенно голословно), что "черносотенные" партии организовывали или даже вообще целиком осуществляли октябрьские погромы, С.А.Степанов, как видим, все же не без осторожности оговорил, что, мол, "пока нет достоверных данных".

Дело в том, однако, что если подобный "центр" и существовал, то он никак не мог быть "черносотенным", ибо все такие "центры" возникли в то время, когда волна погромов уже прошла!

В "Еврейской энциклопедии", подготовленной, как мы не раз имели возможность убедиться, стремившимися к объективности авторами, есть специальная статья "Союз русского народа" (соответствующий том — на "С" — вышел в 1912 году), в которой этой политической организации дана, понятно, весьма негативная оценка, но нет даже намека на то, что Союз русского народа причастен к противоеврейским погромам (см. т. 14, с. 519, статья начинается словами "Союз возник в конце 1905 года", — а ведь погромы разразились в октябре).

Опубликованные в те времена материалы, посвященные "черносотенцам", вообще, надо сказать, более правдивы, нежели позднейшие, -- уже хотя бы потому, что неудобно было преподносить заведомо лживые сведения о совсем недавно совершившихся событиях (позднее, после 1917 года, многие уже не стеснялись врать напропалую).

Так, более или менее правдив с этой точки зрения весьма подробный обзор событий 1905-го и последующих трех лет, написанный в 1909 году левым кадетом В.П.Обнинским (о данной его объемистой книге под названием "Новый строй" уже не раз упоминалось). Отметив, что "свобода", дарованная манифестом 17 октября, "застала большую часть населения неподготовленной к ее восприятию", Обнинский именно этим объяснял "крайние решения... справа и слева" (с. 8)—то есть в том числе и вал погромов. А далее он выразил своего рода глубокое удивление по поводу того, что за "крайними решениями справа"—то есть погромами—не просматривается никакой "организации": "...если влияние слева, -- писал Обнинский, -- не отрицается политическими партиями, поставившими на своих знаменах вполне определенные надписи (скажем, "Долой самодержавие!" -- В.К.), то вопрос о воздействии справа и доселе (тоесть в 1909году. -- В.К.) непотерял своей остроты и таинственности. Дело в том, что в дни 18 -- 30 октября (то есть в "погромный" период. -- В.К.) не существовало партий правее конституционно-демократической, и будущие кадры так называемых "монархических" организаций находились еще в распыленном состоянии". ( 11 )

Недоумение Обнинского вполне понятно. Ко времени его работы над книгой уже давно и постоянно выкрикивались обвинения в адрес Союза русского народа и "черносотенных" партий вообще -- голословные обвинения в организации погромов. Но Обнинский стремился объективно осветить движение событий и никаких доказательств правоты этих обвинений не находил. Изучив реальный ход дела, он констатировал, что только " за полгола, отделявшие Думу (она открылась 27 апреля 1906 года. -- В.К.) от манифеста ( 17 октября 1905 года. — - В.К.), успели образоваться так называемые "монархические" партии, не менее радикально, чем крайние левые, настроенные и заимствовавшие у последних большую часть тактических приемов" (с. 18).

Из этого следовало, понятно, что "монархические" партии никак не могли организовать октябрьские погромы 1905 года, поскольку сами не были еще "организованы", не существовали как способные к какому-либо действию силы.

Правоту В.П.Обнинского подтверждает и вторая солидная работа, затрагивающая интересующую нас тему. Это обширная глава В.Левицкого под названием "Правые партии", вошедшая в изданный в 1909 - 1914 годах в Петербурге пятитомный коллективный труд "Общественное движение в России в начале XX века". ВЛевипкий -- псевдоним эсдека В.О.Цедербаума, родного брата лидера меньшевиков Л.Мартова (Ю.О.Цедербаума); понятно, что ни о каком "обелении" изучаемых им "черносотенцев" В.Левицкий и не помышлял. Тем не менее он доказывал, что до 1906 года "практика" всех "черносотенных" сил (цитирую) "ограничивалась устройством замкнутых членских собраний", "сводилась преимущественно к закрытым "беседам", не имея ничего общего с "широкой устойчивой агитацией".(12)

"Черносотенцы" начинают выходить за пределы чисто "кружкового" существования лишь в самом конце 1905 года; В.Левицкий говорит, в частности, о Союзе русского народа: "...вербовка им в члены рабочих началась после декабрьского поражения 1905 года" (декабрьское революционное восстание было подавлено к 20 декабря). И особенно важная информация: Союз русского народа "начинает свою погромную агитацию после взрыва революционерами харчевни "Тверь" за Невской заставой в Санкт-Петербурге 27-го января 1906 года".

К этому "взрыву" мы еще вернемся; пока же отметим, что к октябрьским погромам 1905 года Союз русского народа, согласно выводу В.Левицкого, никакого отношения не имел; он не только не организовывал их, но даже и не "агитировал" за них.

Конечно, до и во время издания работы В.Левицкого высказывались и совсем иные мнения; но это были только чисто эмоциональные приговоры, не подкрепленные хоть какими-либо фактами. Однако постоянно повторяемые выкрики со временем приобретают мнимую "достоверность". И в 1919 году серьезный, казалось бы, еврейский историк С.М.Дубнов счел возможным написать, что в октябрьских погромах 1905года"участвуют организующиеся "черные сотни"... Здесь полоса погромов достигает своего крайнего полюса (то есть наиболее мощного проявления. -- В.К.), к которому примыкает еще два кровавых погрома 1906 года в Белостоке и Седлеце... Оба они были делом уже организованного Союза русского народа". (13) (С.М.Дубнов не упоминает еще один, последний погром в Тальсене, по-видимому, из-за его незначительности).

В результате возникает поменьшей мере странная картина: в октябре 1905 года погромы достигают прямо-таки невероятных масштабов (их, по подсчетам Д.С.Пасманика, было около 700), хотя "черные сотни" только еще "организуются", а после того, как они "уже организованы", происходит всего 2 или, точнее, 3 погрома (начиная с 1907 года погромов уже вообще не было, если не считать позднейшего военного—то есть по самой своей сути погромного—времени, когда громилась вся Россия вообще).

Помимо этого, нельзя не отметить, что Белосток и Седлец (Седльце) -- это чисто польские города (а Тальсен -- ныне Талсы - -- латышский), которые после 1917 года стали (и сейчас являются), естественно,городами возрожденной Польши, и те части их населения, к которым мог апеллировать Союз русского народа, были весьма небольшими (основное население этих городов относилось к Союзу русского народа заведомо враждебно). Кстати, "в широком масштабе еврейские погромы устраивались лишь в независимой Польше" (14), то есть после, а не до 1917 года.

Словом, суждения С.М.Дубнова ни в коей мере не выдерживают проверку фактами. Но, увы, в позднейшее время все вообще погромы были многократно объявлены "делом Союза русского народа" (С.М.Дубнов - то все же утверждал, что в 1905 году "черные сотни" пока еще только "участвуют", а не всецело управляют погромами) без какого-либо разграничения "организующегося" и "уже организованного" Союза.

Это стало, повторяю, как бы совершенно не нуждающейся в доказательствах аксиомой. Наиболее, пожалуй, удивителен тот факт, что в позднейших сочинениях, затрагивающих вопрос о погромах, нередко есть ссылки на работы В.П.Обнинского и В.Левицкого (работы, во-первых, заведомо "античерносотенные", во-вторых, написанные тогда, когда все выводы можно было проверить и, наконец, работы достаточно основательные), однако действительное содержание этих работ игнорируется.

Так,например,в 1977году историк Л.М.Спирин, похвалив работу В.Левицкого за то, что в ней содержится "большой фактический материал", утверждает тем не менее, что монархисты-де "возглавили погромы" (15) —хотя никакого "фактического материала" об этом не имеется...

* * *

Впрочем, если быть, как говорится, точным до конца, в работе В.Левицкого "черносотенцы" и погромы все-таки связывались друг с другом, ибо Союз русского народа после 27 января 1906 года начал, по его словам, "свою погромную агитацию". И здесь перед нами открывается существеннейший и по-своему прямо-таки замечательный аспект дела.

В.Левицкий сообщает о развитии событий следующее. Сначала он упоминает о том, что (цитирую) "1-й номер "Русского Знамени" (газета Союза русского народа. -- В.К.) вышел 27 ноября 1905 года со следующим программным заявлением от редакции: "...Довольно крови и насилий!" (с.397). Однако ровно через два месяца, сообщает В.Левицкий, "27 января 1906 года взорвана революционерами харчевня (вернее, чайная. -- В.К.) "Тверь" за Невской заставой в Санкт-Петербурге, где в то время происходило заседание рабочих-черносотенцев; в результате 2 убито и 6 тяжело ранено (в их числе видный черносотенный рабочий Лавров), а всего 18 пострадавших..."Русское знамя" начинает свою погромную кампанию сразу после взрыва... Газеты посвящают этому событию несколько статей, в одной из которых говорилось: "Видно силен Союз русского народа, если революционеры уже начали бросать бомбы в чайные заведения... Народ разыщет убийц!.. Пусть же сами пеняют потом на себя" (статья П.Булацеля). В таком же духе, - -- продолжает В.Левицкий, -- пишется ряд статей и произносятся речи на похоронах убитых... Погромный тон черносотенных писаний слышится все явственнее, 29-го марта Аполлон Майков (сын поэта) угрожает на страницах "Русского знамени": "Трепещите, когда народ русский станет плечом к плечу..." Нет возможности перечислить все подобные угрозы и погромные призывы на столбцах черносотенных газет... После покушения на Столыпина—на Аптекарском острове (12 августа 1906 года; 27 человек убито, 32 ранено, в том числе дети.—В.К.)—Союз русского народа снова начинает говорить о народном самосуде" (с. 397,409,434.).

Из подобной риторики и был вылеплен "страшный" образ Союза русского народа ("угрожает", "угрозы", "призывы" и т.п. — об этом "способе" запугивания "черносотенцами" уже не раз шла речь выше). ВЛевицкий не мог привести ни одного факта, свидетельствуюшего об "организованных" Союзом русского народа погромах, ибо понимал, что было бы просто несерьезно, даже нелепо напрямую связывать взрывы у Невской заставы и на Аптекарском острове с событиями в далеких польских Белостоке и Седлеце (а других погромов после 1905 года не было) как якобы ответными акциями "черносотенцев".

Но суть дела, собственно, не в этом. Казалось бы, любой нормальный человек, прочитав рассуждения В.Левицкого, должен был прийти в состояние полнейшего недоумения: революционеры беспощадно уничтожали множество людей, а главным "обвиняемым" выставляется все же "Русское знамя", осмелившееся над могилами погибших всего только пригрозить убийцам неким грядущим народным возмездием. Но что поделаешь—таков уж удел "черносотенцев": их слова преподносятся как нечто гораздо более опасное и жестокое, нежели бомбы революционеров.

Да и мало кто замечает, что само понятие "погром" было беззастенчиво переадресовано - -- оно применяется не к действительным разнузданным погромщикам, а к мнимым. В 1905- 1907 годах бесчисленные сокрушительные погромы устраивали вовсе не "черносотенцы", а красносотенцы. Тот же В.0бнинский свидетельствовал: "Фабрикация бомб приняла гомерические размеры... Мастерские бомб открываются во всех городах... Взрывалось все, что можно было взорвать, начиная с винных лавок и магазинов, продолжая жандармскими управлениями и памятниками русским генералам и кончая церквами". (с.156)— -- неговоря уже о погромах тысяч дворянских усадеб.

Как констатировалось в предыдущей главе, "зафиксирован" только один случай, когда "черносотенцы" попытались применить бомбы (заложив их в дымоход квартиры Вите), но и тогда им пришлось прибегнуть к помощи обманутых ими революционеров...

И в высшей степени показательно, что В.Левицкий, поставивший задачу заклеймить "черносотенцев", смог - -- так как тогда, вскоре после событий, неловко было попросту фантазировать -- обвинить их всего лишь в "угрозах"...

Но самое замечательное, пожалуй, состоит в том, что Союз русского народа нетолько не организовывал, но и никогда не "планировал", не "замышлял" противоеврейских погромов. Мне могут возразить, указав на наличие тех или иных тогдашних листовок, в коих можно усмотреть побуждение к погромам (о некоторых из таких листовок еще пойдет речь). Но отдельные безответенные экстремисты характерны для любого общества, находящегося в состоянии смуты. Что же касается самого Союза русского народа как организации, никаких действительных призывов к погромам от его имени никогда не было. Об этом, кстати сказать, неопровержимо свидетельствует и работа В.Левицкого: если бы прямые "черносотенные" призывы к погромам существовавали - автор, вне всякого сомнения, привел бы их; но он процитировал только тексты, выражающие веру в грядущее возмездие, которое ожидает чудовищных революционных убийц.

Более того: В.Левицкий, стремясь быть объективным, сообщает, что Союз некого народа не раз выступал с самым резким осуждением противоеврейких погромов — правда, вместе с тем утверждая, что погромы порождены экомической практикой евреев; так, председатель Главного совета Союза русского народа Д.И.Дубровин заявил, что евреи "своими преступлениями довели до преступления русский народ" (с. 434), -- то есть недвусмысленно определил погромы как преступление. Весьма выразительно и официальное заявление Союза русского народа от 10 ноября 1906 года:

"Союзу русского народа в лице его Главного совета и местных отделов до •о времени приходилось прилагать немалые усилия к тому, чтобы предотвратить проявления дикого насилия и самосуда (выделено мною. — - В.К.; вот действительная "черносотенная" характеристика погромов!) со стороны угнетенного евреями и крайне негодующего населения, особенно в Юго-Западном краe, и таким образом евреи в некоторых случаях обязаны мирным исходом недоразумений исключительно сдерживающему влиянию Союза русского народа" (с. 434).

Кто-нибудь скажет, конечно, что это-де хорошая мина при дурной игре, и что делая такого рода публичные жесты, "черносотенцы" в то же время, мол, тайно организовывали погромы. Однако реальное положение вещей ясно говорит о другом. И Обнинский, и Левицкий доказывали, что Союз русского народа начал свою "агитацию" лишь в 1906 году; но в этом году, как мы видели, состоялись только три погрома в Польше и Латвии, а в Юго-Западном крае, где Союз русского народа действительно пользовался очень большим влиянием, погромов тогда не было вообще (в отличие от октября 1905 года). Так что реальная ситуация подтверждает процитированное заявление Союза русского народа или уж, в крайнем случае, не опровергает его.

* * *

В заключении целесообразно возвратиться к проблеме октябрьских —то есть совершившихся еще до образования "черносотенных" организаций— погромов. Как уже говорилось, В.П.ОбнинскиЙ усматривал в них "таинственность": никакие организации за ними не стоят, а размах погромных акций и количество жертв громадны...

Современный исследователь, С.А.Степанов, тщательно анализируя результаты погромов, столкнулся с еще одной "загадкой": выяснилось, что в ходе октябрьских погромов погибли 1622 человека, и евреев среди погибших было 711 (то есть 43%), а ранено было 3544 человека, ив их числе 1207 евреев (34%) (с. 56,57). Стремясь понять, почему это так, С.Д.Степанов пришел к следующему выводу: "Погромы не были направлены против представителей какой-нибудь конкретной нации" (с. 57). Позднее в беседе с корреспондентом он заявил еще более категорически: "...вы допускаете распространенную ошибку, называя погромы еврейскими... Погромы совершались... против революционеров, демократически настроенной интеллигенции и учащейся молодежи". (16)

Но это, без сомнения, неосновательное умозаключение уже хотя бы потому, что в большинстве захолустных селений, где в октябре 1905 года разразились погромы, попросту не имелось тех "категорий" людей, которые перечислены С.А. Степановым, а если и имелись, то в совершенно незначительных количествах.

Иную "разгадку" дает в своей уже широко известной книге "Бесконечный тупик" (1997) Д.Е. Галковский. Он

Відповіді

  • 2004.06.06 | KE

    упс. Автор - Вадим Валерьянович Кожинов (-)

  • 2004.06.06 | Dworkin

    Черная сотня: Политика и идеология

    Черная сотня: Политика и идеология

    Первые дни свободы

    В первые дни после издания манифеста 17 октября 1905 г. вся страна была ввергнута в смятение. Власти на местах, не успевшие усвоить смысл нового порядка вещей, пребывали в полной растерянности. Толпы, ликующие по поводу дарования свобод, включали в себя и тех, кто вчера еще делал Революцию, и представляли опасность для исторической власти. Но в те же дни на улицы русских городов вышли те, кто в революционной России осмелился эту власть защищать. В современной литературе можно найти сведения, о том, что "18 октября и в последующие дни более чем в ста городах прокатились черносотенные погромы евреев и революционеров. Было убито около 4 тыс. человек, 10 тыс. искалечено". (По другим, более точным данным, по-видимому, имеющим официальное происхождение, до 1 ноября в ходе погромов погибло 1622 человека, 3544 человека были ранены). "Только за один октябрь 1905 г. число погромов перевалило за 150 - в основном в южных городах, где еврейское население составляло довольно значительный процент, а в их руках были сосредоточены основные материальные ценности населения". Не ставя вопроса о строгой фактической достоверности этих свидетельств, попробуем выяснить, кем были эти погромщики, во имя чего совершались эти погромы. Журналист и политический деятель Василий Витальевич Шульгин оставил подробный рассказ о трагических событиях 18 и 19 октября в Киеве. В этом городе после появления известия о царском манифесте революционная толпа захватила здание городской думы, разорвала в зале заседаний портреты Николая II и его предков. Какой-то студент вышел на думский балкон с портретом царя. Он сделал в полотне отверстие, просунул туда голову и кричал толпе: "Теперь я - государь!". С балкона думы выступали революционные ораторы.
    "Случилось это случайно или нарочно - вспоминал В.В.Шульгин никто никогда не узнал… Но во время разгара речей о "свержении" царская корона, укреплённая на думском балконе, вдруг сорвалась или была сорвана и на глазах у десятитысячной толпы грохнулась о грязную мостовую. Металл жалобно зазвенел о камни... И толпа ахнула. По ней зловещим шёпотом пробежали слова: "Жиды сбросили царскую корону...""
    В тот же день сразу у многих людей появилась идея ответить на революционные выступления патриотическими демонстрациями. Как вспоминал В.В.Шульгин, в редакцию монархической газеты "Киевлянин" 18 октября 1905 г. пришли четверо читателей газеты: рабочий, ремесленник, торговец, чиновник. Мемуарист так передавал их разговор в редакции:
    "- Какое они имеют право! - вдруг страшно рассердился лавочник. - Ты красной тряпке поклоняешься - ну и чёрт с тобой! А я трёхцветной поклоняюсь. И отцы и деды поклонялись. Какое ты имеешь право мне запрещать? - Господин редактор, мы хотим тоже, как они, демонстрацию, манифестацию... Только они с красными, а мы с трёхцветными... - Возьмём портрет государя императора и пойдём по всему городу... Вот что мы хотим... Отслужим молебен и крестным ходом пойдём... - Они с красными флагами, а мы с хоругвями... - Они портреты царские рвут, а мы их, так сказать, всенародно восстановим...".
    Дмитрий Иванович Пихно, редактор "Киевлянина", уговаривал собравшихся не предпринимать никаких мер, не мешать законным властям водворить порядок. Но его не послушали. Демонстрация состоялась, начались стычки ее участников с революционерами. После этого начался погром.
    Как уже указывалось, события в Киеве были не единственными в своем роде. На следующий день после манифеста во многих городах на улицу вышли революционные толпы под красными флагами, торжествующие первую победу над императорской властью. Они рвали портреты императора, устраивали сборы "на гроб Николаю II", призывали народ к "дальнейшей борьбе до полной победы". В Москве демонстрация с красными флагами направилась ко дворцу генерал-губернатора, который вынужден был говорить ей с балкона приветственную речь. Но затем поднялись другие толпы - с царскими портретами и национальными флагами. Одни в этих толпах приветствовали Манифест, дарующий свободы, как проявление царской милости, другие, напротив, вышли защищать монарха от посягательств на его самодержавную власть. Для борьбы с революционерами, либералами, студентами, евреями и прочими "врагами России" защитники монархии создавали свои боевые дружины. Так начались погромы. Каждому погрому предшествовали демонстрации, которые планировались как мирные. Эти демонстрации очень часто переходили в кровавые столкновения, но зачастую причиной тому были бесчинства и просто провокации революционеров. Конечно, были случаи, когда к монархистам примешивались и откровенно уголовные элементы, желавшие просто пограбить, поживиться за счет добра тех же евреев. Но главное было не в этом. Очень многие люди протестовали против Революции. На начальных ее этапах они не одобряли врагов существующего строя, но ждали, чем кончиться дело и как поведет себя власть. Теперь видя уступки и слабость власти, они не пожелали мириться с торжеством Революции. Воспоминания Шульгина показывают, что никакая могущественная и страшная националистическая организация не стояла за Киевским событиями, и что власти, пребывавшие в полной растерянности, также не были к ним причастны. Дело было в другом, в стихийном протесте части населения России против Революции, который, безусловно, имел место и был очень значителен.

    Подвиг Николая Михалина

    18 октября 1905 года в Москве, во время происходивших в те дни противоправительственных демонстраций на Немецкой улице во главе толпы появился ветеринарный врач Николай Эрнестович Бауман. Выхватив из рук одного из участников шествия красный флаг, Бауман сел в извозчичью пролетку и быстро поехал с возгласами: "Долой Бога, долой Царя; я вам царь и бог!". В это время, стоявший на тротуаре среди публики, московский рабочий, бывший крестьянин Тамбовской губернии Николай Федорович Михалин подбежал к пролетке и замахнулся бывшей у него в руках железной палкой на Баумана, но последний успел соскочить с пролетки и бросился бежать. Тогда Михалин погнался за убегавшим Бауманом и, настигнув его посреди улицы, несколько раз ударил палкой по голове, раздробив потерпевшему череп. Бауман скончался в тот же день. Вслед за этим Михалин добровольно явился во второй полицейский участок Басманной части и чистосердечно сознался в учиненном им преступном деянии, объяснив, что возмущенный действиями революционных партий, он убил Баумана, видя в нем врага правительства. Н.Ф.Михалин по ходатайству министра юстиции Российской империи И.Г.Щегловитова был помилован. Можно сказать, что поступок Николая Михалина, так же как и многие другие акции, направленные против революционеров и Революции в октябре 1905 г, в том числе и киевский погром, о котором писал В.В.Шульгин, не были кем-то тщательно спланированы и подготовлены. За ними не стояло мощной всероссийской консервативной организации. И все же, первые дни свободы ознаменовались выходом на широкую арену новой общественно-политической силы - так называемого черносотенного движения.

    Кто такие Черносотенцы?

    Мы видим, что после 17 октября 1905 г. консервативно-монархическое движение громко заявило о себе и стало известно в стране. Вскоре деятелей этого движения стали называть черносотенцами. Это название изначально было дано им их политическими, противниками, но они приняли его и считали его почетным. Термином "черная сотня" в средневековой Руси обозначалось тяглое население городских посадов - простой "черный люд". "Сотня" была в древнерусских городах низовой административно-территориальной единицей управления и самоуправления, а также подразделением народного ополчения. Принимая данное им название, черносотенцы помнили, что в тяжелые годы Смутного времени начала XVII в. "нижегородская черная сотня" - посадский люд Нижнего Новгорода, сплотившаяся вокруг купца, торговца мясом, Козьмы Минина, спас Россию иноземных захватчиков. Минин и князь Пожарский содействовали восстановлению твердой власти, самодержавной монархии, и возрождению России в XVII в. Все эти аспекты подробно разъяснил видный черносотенный публицист В.А.Грингмут в своей брошюре "Руководство монархиста-черносотенца", вышедшей в свет в 1906 г. Он писал: "Враги самодержавия назвали "черной сотней" простой, черный русский народ, который во время вооруженного бунта 1905 г. встал на защиту самодержавного Царя. Почетное ли это название, "черная сотня"? Да, очень почетное. Нижегородская черная сотня, собравшаяся вокруг Минина, спасла Москву и всю Россию от поляков и русских изменников". Таким образом, деятели монархического движения подчеркивали свою тесную связь с традициями русской народной жизни. Делался упор на традиционную преданность простых русских людей монарху, на исконную связь между царем и народом. "Простой русский народ всегда за самодержавие" таков был главный постулат идеологии черносотенцев.

    Рождение Черной сотни

    Консервативно-монархическое, "охранительное" движение громко заявило о себе лишь во время Первой Русской Революции. Тяжелейшая политическая ситуация потребовала идейного и организационного оформления правого движения. В то же время это движение имело глубокие корни в русской жизни. Идейные основы черносотенцев были неразрывно связаны с консервативной традицией русской общественной мысли, берущей свое начало от Н.М.Карамзина. Кроме того, одна из наиболее влиятельных организаций, которые позже получат наименование "черносотенных", оформилась еще до Первой Русской революции. В 1900 г. ряд монархически настроенных писателей и публицистов, "убедившись в той опасности, которую представляла для русского дела космополитичность высших слоев высшего общества, признал желательным дать жизнь националистическому кружку". 26 января 1901 г. был утвержден устав организации, получившей название "Русское собрание". Среди ее учредителей были князья Голицын и Шаховской, граф Апраксин, епископ Серафим, профессор Б.В.Никольский. Задачей, которую ставило перед собой Русское собрание, провозглашалось "изучение русской и славянской народной жизни в ее настоящем и прошлом; разработка вопроса словесности, художества, народоведения и народного хозяйства, охранение чистоты и правильности русской речи". Министр внутренних дел В.К.Плеве, занявший этот пост в 1902 г., вначале с большой настороженностью отнесся к непредусмотренной никакими циркулярами организации. Но, убедившись в ее строго охранительном направлении, он даже принял звание почетного члена общества. Деятельность Русского собрания заслужила одобрение и императора Николая II. Русско-японская война всколыхнула патриотические настроения в определенной части русского общества. Патриотическое воодушевление и сплочение русских людей вокруг престола пошло на пользу "Русскому Собранию". Отделения "Собрания" открываются по всей стране. При этом провозглашенная ранее культурно-просветительская деятельность приобретает все более выраженную политическую направленность. 31 декабря 1904 г. делегацию "Собрания" принял Николай II. Верноподданные монархисты не преминули упрекнуть своего монарха в том, что даже в стенах Зимнего дворца "раздаются голоса, дерзновенно требующие отказа от наших родных святынь", и предупредить его, что "Русское собрание не может быть молчаливым свидетелем подобного явления". По мере разрастания революции Русское Собрание превращалось в центр притяжения всех правых сил. К 1906 г. в организации насчитывалось более полутора тысяч человек. При этом она сохраняла элитарный характер. Рескрипт императора А.Г.Булыгину, возвестивший об установлении в России представительного строя, подтолкнул правое, консервативно-монархическое крыло русского общества к политическому и организационному оформлению. Уже в апреле 1905 г. аристократический кружок, собиравшийся в доме графов Шереметевых, объявил о создании "Союза русских людей". Среди учредителей новой организации были князь Голицын, архимандрит Анастасий, известнейший историк Д.И.Иловайский. "Союз" ставил перед собой цель "стараться правильно выполнить царскую волю и без корысти выбирать по первому государеву призыву истинно достойных людей". В то же время часть монархистов, группировавшаяся вокруг редакции крайне правой газеты "Московские ведомости", выступила против каких бы то ни было реформ государственного строя. Тогда же в апреле при редакции открылось Центральное бюро Монархической партии, заявившей о намерении бороться за еще большее укрепление неограниченной самодержавной власти, возвеличение единой Православной церкви и развитие русской национальной идеи. Мы видим, что в монархическом лагере сразу обозначилось два направления. Первое было готово приспосабливаться к происходящим переменам; второе не принимало никаких перемен вообще. События, последовавшие после 17 октября, стали пробой сил черносотенного движения. Оказалось, проповедуемые ими идеи находят достаточно широкий отклик в самых разных слоях населения. Монархические организации росли как грибы после дождя. Вскоре у них появляется несомненный лидер. На его роль быстро выдвинулась новая организация, оформившаяся лишь в начале ноября 1905 г.,- Союз русского народа (СРН) во главе с А.И.Дубровиным. Александр Иванович Дубровин служил прежде военным врачом, защитил докторскую диссертацию, потом осел в Петербурге, где работал в детском приюте. В председатели нового союза попал случайно, будучи радушным хозяином квартиры, на которой собирались черносотенцы. По понятным причинам, в историографии установились резко отрицательные оценки не только программных установок Союза русского народа, но и личности ее руководителя. Отмечалось, что А.И.Дубровин "ораторскими талантами не блистал, зато оказался незаурядным мастером закулисных интриг и довольно скоро установил в организации режим своей личной диктатуры". Под руководством Дубровина Союз русского народа стал ведущей силой в монархическом движении. СРН удалось преодолеть элитарный характер существовавших ранее монархических организаций и стать по-настоящему массовым движением. По утверждениям его руководителей, в 1907 г. СРН объединял более 3 миллионов человек. Правда, это была явно дутая цифра. При вербовке единомышленников "союзники", члены СРН, нередко записывали в свои отделы целые селения, улицы, предприятия, внося в списки всех членов семей, в том числе и детей. Все же, в 1906-07 гг. СРН получил действительно широкую массовую поддержку и насчитывал более 300 тыс. членов. Вне всякого сомнения, "Союз…" был крупнейшей правой партией и, по-видимому, вообще крупнейшей партией в дореволюционной России. Согласно уточненным данным общая численность всех правых организаций к 1908 г. не превышала 410 тысяч. Это, конечно, не 3 миллиона, но и это весьма внушительная цифра!

    Идеология

    Черносотенцы считали себя духовными наследниками "отцов славянофильства" и создателей теории "официальной народности". Но, стремясь создать массовое политическое движение, они нередко преподносили идейное наследие правых мыслителей прошлого, XIX, века в весьма упрощенной форме и трактовали его достаточно произвольно. Один из участников монархических съездов прямо призывал вместо маловразумительных для народа мудреных философских теорий начертать на черносотенном знамени "несколько кратких и сильных выражений, которые понятны русскому слуху: Россия для русских! За Веру, Царя и Отечество!.. Долой революцию! Не надо конституции! За самодержавие, ничем на земле не ограничиваемое!" Главнейшей составной частью идеологии черносотенства был русский национализм. В уставе СРН говорилось, что "русской народности, собирательнице земли Русской, создавшей великое и могущественное государство, принадлежит первенствующее значение в государственной жизни и в государственном строительстве". Но Россия была многонациональной страной, среди представителей всех населявших ее народностей было немало людей верой и правдой служивших царю и России, и руководители монархических организаций не могли этого не учитывать. Потому не следует думать, что черносотенцы отторгали от себя всех людей нерусского происхождения. Среди видных черносотенцев были имевший еврейское происхождение В.А.Грингмут, молдавский общественный деятель Паволаки Крушеван, градоначальник столицы В.Ф. фон дер Лауниц, ялтинский градоначальник Думбадзе, полковник Мин. "Истинно русским" человеком считался тот, кто предан России и Государю императору, олицетворявшему единство, независимость и могущество державы. Главным отличительным признаком "истинно русского" для черносотенцев была приверженность неограниченному самодержавию, которое одно выражает высшие общие интересы русского народа и подчиняет им узкие интересы отдельных личностей и социальных групп. Главным было не национальное происхождение, а верность России, ее историческим заветам и ее благу, как его понимали лидеры черносотенцев. Эта позиция предопределяла подход черносотенцев к национальным группам, населяющим Россию. В уставе СРН говорилось: "Все учреждения государства российского объединяются в прочном стремлении к неуклонному поддержанию величия России и преимущественных прав русской народности, но на строгих началах законности, дабы множества инородцев, живущих в нашем отечестве, считали за честь и благо принадлежать к составу Российской империи и не тяготились бы своей зависимостью". Одновременно черносотенцы заявляли, что "племенные вопросы в России должны разрешаться сообразно степени готовности отдельной народности служить России и Русскому народу в достижении общегосударственных задач". Далее. В пропаганде черносотенных союзов иногда использовалось разделение наций на дружественные и враждебные. При этом главным критерием отнесения в тот или иной разряд служила степень участия представителей данной нации в национально-освободительном или революционном движении. Такой подход едва ли можно счесть дальновидным. Несправедливо было возлагать ответственность на всю нацию за участие ее представителей в разжигании Революции. Тогда среди представителей любой из населяющей Россию национальностей верных России граждан было больше, чем непримиримых революционеров и сепаратистов. Кроме того, такой подход накалял межнациональные противоречия в стране и серьезно угрожал единству империи. Наиболее здоровым черносотенцы считали общество допетровской Руси. Они видели в нём своеобразный идеал единения и гармонии всех сословий. Что же нарушило эту социальную гармонию? Привнесение чужого, иноземного влияния начиная с Петра I. Роковую роль сыграло знаменитое "окно, прорубленную в Европу". Владимир Грингмут замечал, что Пётр приказал России "забыть самобытные русские предания, броситься в погоню за европейскими обычаями и учреждениями безо всякого разбора, не отличая них драгоценного золотого от обманчивой мишуры". В результате между царём и народом выросло "средостение" - чиновничество со своими интересами, чуждыми народу. В программе "Союза русского народа" говорилось: ""Союз русского народа" признаёт, что современный чиновничий строй, осуществляемый в громаднейшем большинстве случаев безбожными, нечестивыми недоучками и переучками заслонил светлый образ Царя от народа". Против чиновничества боролась и интеллигенция. Но черносотенцы считали, что интеллигенты сами хотят встать "между государем и народом", подменить народные интересы своими. Одна из прокламаций столичного СРН в 1905 г. призывала: "Крестьяне, мещане и люди рабочие! Послушайте, что умышляет господчина. В городских думах и земствах сидят господа, а в больших городах адвокаты, профессора, студенты, учителя, погорелые помещики, одворянившиеся купцы и прочие господа, называющие себя интеллигенцией... Не признавайте её властью и правительством, разнесите в клочья, помните, что в государстве вы сила, вас сто миллионов, а интеллигенции и пяти не будет. Довольно терпеть эту интеллигентную шваль...". Столь же критически черносотенцы относились и к буржуазии. В 1907 г. в газете черносотенцев "Русское знамя" отмечалось: "Наша доморощенная буржуазия не национальна, и родилась она у нас с испорченной сердцевиною. Русская буржуазия, не имея свежести самобытной, заразилась гнилью Запада... Наша буржуазия всегда останется такою же чуждою народу, какой является она в настоящее время". Выход для общества черносотенцы видели в возвращении "исконным началам: Самодержавию, Православию, Народности". Власть государя должна выражать интересы не отдельных сословий, считали они, а всей нации в целом. Для этого она должна быть свободна от всевозможных "конституций и парламентов". Что же касается православия, то главное несчастье церкви черносотенцы видели в её подчинении государству. Духовенство слилось с чиновничеством, церковь превратилась в придаток государства. Корень этого зла тоже уходит в Петровские реформы. Многие черносотенцы выступали за восстановление на Руси патриаршества, как это было в допетровскую эпоху. Наконец, своей важнейшей задачей черносотенцы считали ограждение русского народа от всевозможных "инородных влияний". Они выдвигали лозунг "Россия для русских!". Самым опасным из "инородных влияний" черносотенцы считали еврейское. Стремясь ослабить накал социальных противоречий в стране, черносотенцы старались переключить внимание на национальные вопросы. Желая укрепить единство русской нации, сгладить острые социальные противоречия, черносотенцы говорили о наличии национального врага. Преуменьшая серьезность социальных и политических противоречии внутри русского народа, черносотенцы причину всех бед видели в кознях внешнего врага, чужака, привносящего смуту в страну. Этот враг отождествлялся прежде всего с евреями, но дело было не только в них. Несмотря на то, что Союз Русского Народа состоял преимущественно из простонародья, поначалу к этому общественному движению примкнуло немало дворян, духовенства, купечества и чиновничества.

    Правда о погромах

    С начала XX в. и до сего дня широко бытует мнение о грубых, силовых, погромных методах работы черносотенцев. У истоков этой точки зрения стояли политические противники Черной сотни. Вполне естественно, что начиная с 1905 г. российская либеральная и революционная печать со всех сторон накинулась с бранью, клеветой и доносами на Союз Русского Народа и на его основателя доктора А.Дубровина. И сегодня широко распространена точка зрения, что исторический пафос Союза Русского Народа в том, что он на деле показал и правительству, и обществу, что с затеянным революционерами "освободительным" движением можно и должно бороться силою, применяя те именно способы, которыми пользовались сами "освободители". Это утверждение заключает в себе долю истины, такая мысль не могла не появиться в головах противников Революции после сильнейшей революционной вспышки. Но эта мысль не получила безусловного преобладания даже в среде самых крайних правых партий. Новейшие исследования показывают, что у нас нет оснований считать Союз Русского Народа террористической организацией. Одно из самых страшных преступлений, которые вменяют в вину черносотенцам еврейские погромы. Действительно отношение черносотенцев к консолидированной еврейской нации было далеко не благожелательным. Евреи не принимали православия - духовной основы русского народа и государства. Евреи активно участвовали в Революции, этого невозможно было не заметить. Кроме того, евреи играли видную роль не только в социалистических партиях, но и в деловом мире России. С евреями связывали распространение чуждого России "капиталистического духа" - духа неприкрытого эгоизма и погони за материальными благами, духа алчности, наживы, обмана и грабежа. Черносотенцы разделяли "хищническую" деятельность "еврейского капитализма", результатом которой являются разорение крестьян, биржевые спекуляции и т. д., и "созидательную" деятельность "истинно русского" предпринимательства. Вместе с тем, широко распространенное мнение о черносотенцах как организаторах еврейских погромах не соответствует истине. Остановимся на наиболее масштабных и значительных погромах, имевших место в октябре 1905 г. Уже указывалось, что это были стихийные движения, не имеющие отношения к правым организациям. Эту точку зрения подтверждает более или менее правдивый и весьма подробный обзор событий 1905 г, данный В.П.Обнинским, левым кадетом, политическим противником черносотенцев, в его книге "Новая жизнь, вышедшей в свет в 1909 году. Отметив, что "свобода", дарованная манифестом 17 октября, "застала большую часть населения неподготовленной к этому событию", Обнинский именно этим объяснял "крайние решения... справа и слева", - то есть, в том числе, и вал погромов. А далее он выразил глубокое удивление по поводу того, что за "крайними решениями справа, то есть погромами - не просматривается никакой "организации". Обнинский писал: Если влияние слева не отрицается политическими партиями, поставившими на своих знаменах вполне определенные надписи, то вопрос о воздействии справа и сейчас, (то есть в 1909 году) не потерял своей остроты и таинственности. Дело в том, что в дни 18-30 октября не существовало партий правее конституционно-демократической, и кадры будущих "монархических" организаций находились еще в распыленном состоянии".

    В политической борьбе

    Черносотенцы заявили о себе как реальная политическая сила в годы Революции 1905 - 1907 гг. Их помощь правительству была очень значимой. В условиях очень сильной растерянности правительственной власти, в условиях ненадежности войск, верноподданнические демонстрации сыграли очень важную роль. Оговоримся, что речь пока идет о потенциальных черносотенцах. Черносотенные партии начали организационно оформляться уже после 17 октября 1905 г. Консервативные силы организовали отряды народного ополчения, по образцу казачьих сотен. В то же время происходила консолидация интеллектуальных сил черносотенцев, правой интеллигенции, чиновников, людей тесно связанных с самодержавием. Организационное оформление происходило достаточно быстро и уже в конце 1905 г. консолидированные правые организации активно помогали монарху и правительству в борьбе с Революцией. Довольно любопытен тот факт, что перед отправкой Семеновского полка на усмирение московского восстания в декабре 1905 г., по приглашению генерала Мина, полк часто посещали выдающиеся члены Союза Русского Народа и Русского Собрания. Видные черносотенцы проводили в полку политическую работу и объясняли офицерам и солдатам смысл и значение творившейся разрухи государства. СРН, как и другие крайне правые организации, пользовался симпатией и поддержкой многих высших должностных лиц и самого царя. Государь Император весьма споспешествовал Союзу Русского Народа, видя в нем надежную опору монархии. 23 декабря 1905 г., принимая делегацию Союза, Николай II провозгласил: "Объединяйтесь, русские люди. Я рассчитываю на вас. Я верю, что с вашей помощью мне и русскому народу удастся победить врагов России... Поблагодарите всех русских людей, примкнувших к Союзу русского народа". Вскоре царь стал почетным членом организации. Основным источником финансирования монархических союзов были государственные ведомства - от Министерства двора до Министерства народного просвещения. Значительная часть секретного фонда МВД также предназначалась черносотенцам. Личную лепту вносил и царь, пожертвовавший только Русскому собранию 100 000 рублей. Только монархические партии могли себе позволить материальную помощь своим членам. Все же симпатии властей к Черной сотне не следует переоценивать. Многие государственные деятели начала XX в, занимающие различные должности в министерствах и ведомствах, исповедовали умеренно либеральные взгляды. Граф С.Ю.Витте, В.Н.Коковцов, В.И.Тимирязев, князь Васильчиков, барон Э.Ю.Нольде и многие другие правительственные чиновники весьма негативно относились к членам Союза Русского Народа и в своих ведомствах подвергали справедливой и несправедливой критике и гонениям членов этого союза. Граф С.Ю.Витте оставил в своих воспоминаниях весьма нелестную характеристику черносотенцев. Он называл их "героями вонючего рынка". Эти "хулиганы самого низкого порядка", по его словам, преследовали в "громадном большинстве случаев цели эгоистические, самые низкие, желудочные и карманные. Это типы лабазников и убийц из-за угла". Сергей Юльевич также писал: "На знамени их высокие слова "самодержавие, православие и народность", а приемы и способы их действий архилживы, архибессовестны, архикровожадны. Ложь, коварство и убийство - это их стихия. Во главе стоит всякая сволочь, как Дубровин, Грингмут, Юзефович, Пуришкевич, а по углам спрятавшись - дворцовая камарилья". Неоднократно указывалось на выгодность для правительства такой ситуации, при которой правые "стояли немного в стороне, как будто бы они "критиковали" правительство справа". По мнению советских историков, это было выгодно как потому, "что позволяло в какой-то мере отмежеваться от откровенно уголовных и продажных элементов, составлявших основное ядро "массовой базы" черной сотни". Раздоры внутри "Союза русского народа" привели к его расколу и созданию ряда организаций, пользовавшихся материальной поддержкой Министерства внутренних дел. В начале мировой войны основными черносотенными организациями являлись: 1. "Союз русского народа" во главе с членами Думы Н.Е.Марковым - 2-м и Г.Г.Замысловским. Их органом была газета "Земщина"; 2. "Союз русского народа" во главе с А.И.Дубровиным (не признававшим вообще Государственной думы). А.И.Дубровин издавал листок "Русское знамя"; 3. "Союз Михаила-архангела" во главе с бессарабским помещиком, членом Думы М. В. Пуришкевичем. 4. В 1915 г. в Москве был создан "Отечественный патриотический союз". Организационный раскол был связан не только с личными амбициями лидеров правых. В черносотенном движении сложились два различных направления. Одно направление защищало в первую очередь интересы и привилегии дворянства землевладельцев, правление возглавляли Владимир Пуришкевич и Николай Марков. Последний как-то раз удачно сравнил весь класс помещиков вымирающими зубрами. В защите этих "зубров" от вымирания он видел свою основную задачу. Другое направление во главе с Александром Дубровиным было ближе к низам общества. Его организация охватывало часть крестьянства. В лозунгах часто своеобразно отражались крестьянские требования. Например, А.И.Дубровин резко выступил против уничтожения общины в ходе столыпинской земельной реформы. Характерным выразителем этого течения черносотенства я проповедник из Царицына иеромонах Илиодор (в миру Сергей Труфанов). Илиодор входил в "Союз русского народа. В страстных и зажигательных проповедях он призывал бороться с богачами, чиновниками и интеллигентами. Историк С.Степанов писал: "Проповеди монаха привлекали толпы жителей заводских поселков под Царицыном. Он говорил с ними на понятном им языке и о понятных им вещах, Вообще события в Царицыне чем-то напоминали народные движения XVII-XVIII вв. Среди них распространялись слухи, что Илиодор побочный брат императора Николая II". На выборах в I Государственную думу черносотенцы не получили ни одного мандата. Сами они объясняли это тем, что почти не участвовали в предвыборной борьбе. А.И.Дубровин так говорил о Думе: "Как верный монархист, я не имею права своим участием санкционировать существование этого сборища, посягающего на неограниченные права монарха". Во II Государственной думе было около 16 крайне правых депутатов. Самым заметным и ярким из них считался Владимир Митрофанович Пуришкевич. Советский историк Семён Любош так описывал его: "Совершенно голый череп, рыжая бородка и необыкновенная вертлявость. При этом крикливый голос и вызывающая манера говорить. У Пуришкевича именно тон делал всю музыку. Самые обыкновенные фразы часто приобретали в его устах необыкновенно оскорбительный характер. Так как совершенное бессилие Думы выяснилось очень скоро, то перманентные выходки Пуришкевича в глазах большой публики оживляли парламентскую безнадёжность". В Таврический дворец специально приходили "полюбоваться на Пуришкевича". Осуждая "крамольную" Думу, В.М.Пуришкевич тем не менее ценил свой депутатский мандат. Когда прошёл слух, что его собираются сделать губернатором, Пуришкевич сказал по этому поводу: "Из попов в дьяконы не идут. Дурак я был бы променять положение депутата Госдумы и товарища председателя СРН на положение казённого чиновника". Все черносотенцы горячо выступали за роспуск II Государственной думы, в которой преобладали левые. Иеромонах Илиодор даже говорил, что в левую часть Государственной думы надо бы бросить бомбу. Николай II не раз принимал А. Дубровина и высоко ценил его выступления против Государственной думы. 3 июня 1907г. она, наконец, была распущена царским указом. На следующий день Николай совершил поразивший всех шаг: он направил А.И.Дубровину телеграмму, в которой говорилось: "Да будет же мне "Союз русского народа" надёжной опорой, служа для всех и во всём примером законности и порядка". В III Государственной думе крайне правые получили около 45 мест. Ряды депутатов-черносотенцев пополнились ещё одним ярким лидером - членом курского СРН Николаем Марковым. По внешнему облику он очень напоминал Петра I, и его быстро окрестили Медным всадником. Руководитель кадетов Павел Милюков называл Маркова "стоеросовым помещиком дворянином". Состав III Государственной думы был гораздо более правым, чем во II Думе. Большие преимущества на выборах получили помещики. Это, в конечном итоге, привело к расколу среди черносотенцев. До сих пор они могли единым фронтом выступать против "революционной" Думы. Теперь их взгляды на Думу резко разошлись. "Дубровинское" направление категорически отрицало необходимость такого учреждения. Народу не нужен парламент, в котором заседают помещики и "денежные мешки", считал Дубровин. Это новая перегородка, отделяющая государя от народа. Такая позиция во многом отражала точку зрения простонародья. Вожди "дворянского" направления черносотенства думали иначе. Их отношение ясно выразил в 1910 г. Н.Е.Марков: "Можно быть недовольным третьей, четвертой Думой, двадцатой, разгоните их, выберете настоящую, русскую, но как учреждение Государственная дума необходима: без этого России не существовать". В 1908 г. "Союз русского народа" раскололся. В.М.Пуришкевич создал новую черносотенную организацию "Союз Михаила Архангела". В его программе подчеркивалось, что единственное отличие нового союза от СРН признание необходимости законодательной Думы. В Думе черносотенцы играли роль "пробивной силы" при обсуждении правых законопроектов. В частности, они выступали за ограничение прав инородцев в России. Марков восклицал с Думской трибуны в 1910 г.: "Россия, тебе грозят азиаты, грозят подвластные тебе инородцы. Опомнись Россия, наша инородчина вконец обнаглела. Говорим вам: "Прочь мелкота, Русь идет!"". Вместе с другими правыми черносотенцы голосовали за ограничение автономии Финляндии. В.М.Пуришкевич говорил: "Пора это зазнавшееся Великое княжество Финляндское сделать таким же украшением русской короны, как Царство Казанское, Астраханское, Царство Польское и Новгородская пятина, и мне кажется, что дело до этого и дойдет". (Рукоплескания справа). В IV Думе черносотенцы увеличили свое представительство до 140 депутатов, превратившись в самую крупную фракцию. Годы первой мировой войны стали годами упадка черносотенного движения. С началом войны сократилась правительственная поддержка правым организациям. Во-первых, это было связано с тем, что либералы в начале войны провозгласили политику внутреннего мира и формально, на словах, отказались от борьбы с правительством. В таких условиях, правительство находило неудобным продолжать активно поддерживать их политических противников. Во вторых, сами черносотенцы отказались от активной политической борьбы, полагая, что все усилия должны быть в первую очередь направлены на ведение войны. Приближение революционного взрыва сопровождалось резким сползанием влево общественных настроений. С 1915 г. началось "полевение страны", которое, вне всякого сомнения, сужало массовую базу правых организаций. Изменилось и настроение общественных верхов, которые, за годы войны, разуверились в способности правительства одержать победу и отказали власти в доверии. Вместе с престижем монархии падал и престиж правых, монархических партий. Голословные обвинения в сочувствии внешнему врагу некоторых лидеров черносотенцев, которые до войны сочувствовали сближению с Германией, довершили падение популярности правых. Так или иначе, но все позиции, завоеванные с 1905 г., были потеряны. В феврале 1917 г. на улицы Петрограда не вышло патриотических, монархических демонстраций. Черносотенцы не смогли оказать никакой поддержки исторической власти.

    Итоги

    Манифест 17 октября обозначил наметившееся в ходе революции новое для России явление: противостояние не между властью и обществом, а внутри самого народа. Одни не желали принимать "огрызки гражданских прав" из рук ненавистной власти, непримиримость к которой слишком глубоко укоренилась в их умах. Они стали на путь бескомпромиссной революционной борьбы. Другие, ощутившие на себе все неудобства и лишения революционного времени, стремились вернуться к привычному укладу. К этой уставшей от неурядиц, жаждавшей порядка любой ценой, массе и апеллировали монархические организации. Многие черносотенцы - люди, по всему складу своему консервативные, осторожные, предпочитавшие хранить то, что имели. Очень часто они имели определенный достаток, определенное стабильное социальное положение. И не обязательно это были очень богатые люди, принадлежавшие к верхам общества. Речь могла идти, например, о зажиточном крестьянине, который дорожил своим достатком, почетным положением в своей общине, уважением односельчан. Политический консерватизм правых, черносотенных организаций, проистекал очень часто их житейской осторожности и консерватизма их участников. Эти люди не стремились к новшествам, для них важнее было сохранить то, что уже имелось у общества, у страны, у государства. Наследие русского прошлого, исторический опыт русской государственной жизни они ставили выше, чем туманные, а самое главное весьма рискованные проекты реформ. Прокатившаяся после издания Манифеста 17 октября 1905 г. волна уличных столкновений и погромов стала результатом попытки вооруженной защиты власти одной частью народа от посягательств на нее другой его части. По сути, это была первая вспышка гражданской войны в России.

    http://spbdelo.narod.ru/publicistika/chernaya/chernaya.htm
  • 2004.06.06 | 123

    А ось одна цитата, що показує рівень цих "досліджень"

    Решта досліджень має такий самий рівень :)

    ---
    За четыре с лишним столетия (XIV -XVIII) на отторгнутых Литвой и Польшей землях даже сформировались самостоятельные украинский и белорусский народы, что едва ли бы произошло, если бы эти земли пребывали в границах единой Руси. Но так или иначе возвращение этих земель в состав России, завершившееся к концу XVIII века, было, надо думать, более "естественным" для них историческим уделом, нежели существование их под польской властью (любопытно, что Украина —то есть "окраина" — получила это свое название еще при польской власти, и обозначало оно тогда восточный "край" Польши, а позднее, напротив, западный "край" России...).
    ----
    згорнути/розгорнути гілку відповідей
    • 2004.06.06 | Dworkin

      Там еще много интересных цитат :)

      Надо только покопаться.
      Потому, я и привел с источником и без купюр :)
    • 2004.06.06 | KE

      А что смущает? Факты которые Вы не в состоянии воспринять? (-)

      згорнути/розгорнути гілку відповідей
      • 2004.06.06 | Dworkin

        Не факты, а их интерпретация.

        Хотя сама тенденция в подборке фактов часто тоже бывает весьма показательна :)
        згорнути/розгорнути гілку відповідей
        • 2004.06.07 | KE

          Не голословно, попробуйте Вашу интерпретацию! :) (-)

  • 2004.06.06 | Я

    Видать, команда такая им поступила

    Кешенькин кумир, Грач, недавна пужал крымских татар новой депортацией. Мол, не будете выполнять команды власти - будет снова дорога дальняя, казенный дом. Кешенька пужает евреев. На фор-уа недавно пужали армян - а не лезьте во власть в Украине, а то ведь турки... они не так уж и зря вас резали, если подумать. Обратите внимание - пугают те народы, что сранительно недавно пережили очень серьезные трагедии. И ТОЛЬКО их. Никто не пугает русских, поляков, белорусов эт цетера. Симптом? :-)

    Видать, вказивка ребятам такая была.
    згорнути/розгорнути гілку відповідей
    • 2004.06.06 | КП8416

      Це білоруси не пережили "сєрьйозной траґєдії"?!

      У війну загинув кожен третій білорус! Чи українці не знають, що таке трагедія?! Просто ми не вміємо варити на цьому бабки, на відміну від.
    • 2004.06.07 | KE

      грани Вашей глупости есть?

      1. где Вы обнаружили запугивание мною евреев? Это тут, на форуме их нацики пугают.
      2. с чего взято что Грач мой кумир? Татары, вообще то, ОБЯЗАНЫ выполнять законы страны в которую приехали. А сомозахваты ими земли не законны. Впрочем, Вас законность не интересует, если против русских, правда?

      В целом, Ваша попытка побыть стрелочником, весьма глупа.


Copyleft (C) maidan.org.ua - 2000-2021. Сайт розповсюджується згідно GNU Free Documentation License.
Архів пітримує Громадська організація Інформаційний центр "Майдан Моніторинг". E-mail: news@maidan.org.ua