МАЙДАН - За вільну людину у вільній країні


Архіви Форумів Майдану

Мальгин опубликовал свою "нетленку" в черносотенной газете

05/01/2007 | Бё!
Отмечу, что газета "Дуэль", в которой опубликован этот "твир", считается одной из самых забавных черносотенных газет современной России:-)

«ТАТАРСКИЙ ВОПРОС» В ГОДЫ ОККУПАЦИИ

Вместе с дезертирством и разграблением продовольственных баз партизанам пришлось столкнуться и с фактами прямого сотрудничества представителей местного татарского населения с оккупантами. Проводник-татарин, идущий во главе немецкого или румынского подразделения к расположению отрядов, - вот картинка, без которой не обходятся ни одни партизанские воспоминания о первых днях борьбы в Крыму. «Они, - говорится о крымских татарах в одном из немецких документов, - оказали неоценимую помощь как разведчики, проводники и знатоки страны». Справедливости ради нужно отметить, что проводниками служили не только татары, среди них попадаются и славянские фамилии (Налимский, Лазарев, Коневец). И всё же татар было больше - их было больше в национальной структуре предгорного населения. «В нападении на партизанские отряды, - докладывал замначальника особого отдела Центрального штаба Попов, - большую роль всегда играют местные татары, которые, хорошо зная лес, дороги и тропы, являются проводниками и всегда приводят с той стороны, откуда их меньше всего ожидали». Проводники сыграли ключевую роль в разгроме немцами подразделений 48-й кавалерийской дивизии, которая прикрывала отход от Перекопа основных частей 51-й и Приморской армий. Последний бой разрозненные остатки дивизии дали в окрестностях Алушты 6 ноября 1941 г. «Целый день 6 ноября, - сообщал в своём рапорте военком дивизии, - мы дрались и скакали от рубежа к рубежу. Последний рубеж в районе деревни Куру-Узень мы удерживали до 16.00. К этому времени татары-предатели из деревни Казанлы вывели к нам в тыл автоматчиков, и создалось такое положение, при котором 68-й кавполк, прикрывавший дорогу Ускут-Карасубазар, оказался совершенно от нас отрезанным». Обращает на себя внимание то, что современники почти всегда говорят, будто помощь, которую получали оккупанты, предлагалась добровольно. Еще одна форма сотрудничества с оккупантами - разведка дислокации партизанских отрядов, которую осуществляли местные жители по заданию оккупантов под видом пастухов, собирателей ягод, заготовителей леса. Это заставляло партизан подозревать в каждом крымском татарине, появившемся в лесу, вражеского агента. Информирование о партизанских отрядах было поставлено настолько широко, что уже менее чем через месяц после занятия Крыма немецкий штаб по борьбе с партизанами был прекрасно осведомлен о местонахождении центрального штаба Мокроусова.

Ещё одним проявлением враждебности были, как это ни прискорбно, нападения на советских военнослужащих, отставших от своих частей в ходе отступления, на разведчиков и десантников, забрасывавшихся в Крым в ходе Керченско-Феодосийской десантной операции. Наряду с теми жителями татарских деревень, которые оказывали помощь выходившим из окружения, заблудившимся красноармейцам в ноябре 1941 года, были и такие, кто совершал убийства советских военнослужащих с последующей передачей доказательств содеянного немецким властям.

Бывший боец 3-го Симферопольского, впоследствии командир 6-го отряда Н. Дементьев рассказывал автору этих строк о том, что во время отступления к Севастополю группа морских пехотинцев, в которую он входил, получала продовольствие и сведения об обстановке у местных жителей - крымских татар. В то же время он приводит факт убийства двух краснофлотцев в одной из предгорных крымскотатарских деревень, когда зашедшие отдохнуть моряки были убиты во сне, а их головы с надетыми бескозырками были преподнесены на подносе командиру вошедшей в село немецкой воинской части. Если в ноябре 1941 г. такие случаи были сравнительно редки, то в ходе Керченско-Феодосийской десантной операции они становятся широко распространённым явлением.

Известно о гибели нескольких разведгрупп, пришедших в сёла и убитых местными коллаборационистами. Об этом сообщал, в частности, Э. Юсуфов: Сохранилось донесение о том, как уничтожили разведгруппу сержанта Юргенсона в деревне Ворон: «9 января 1942 года в районе г. Старый Крым отдельным парашютным батальоном Крымского фронта была выброшена спецгруппа парашютистов под командой сержанта К. П. Юргенсона. Грузовые парашюты унесло за Агармыш, и группа осталась без радиостанции, продовольствия и боеприпасов. 10 суток 12 парашютистов пытались найти партизан или перейти линию фронта, но выполнить это не удалось. «НЗ» закончился, и Юргенсон решил спуститься к морю достать продуктов. Зашли (мокрые, голодные, измученные) в крайний от гор дом в деревне Ворон и попросили продать еду. Хозяин пригласил в дом обогреться, а дочерей отправил за полицией. Дом был окружён самооборонцами из села. Послали в Кутлак за немцами, но те ехать отказались: «Делайте с ними, что хотите». К вечеру в Вороне собралось до 200 татар из Ай-Сереза, Шелена. Десантники отстреливались. Тогда татары решили сжечь их живьём. К татарам прибыла подмога ещё из Капсихора. Общиной решили собрать хозяину дома деньги на строительство нового дома, собрали в сёлах керосин, мазут, солому и дом сожгли. Все десантники сгорели или задохнулись в дыму, отстреливаясь до последнего патрона».

А. МАЛЬГИН

http://www.duel.ru/200716/?16_6_4


Copyleft (C) maidan.org.ua - 2000-2021. Сайт розповсюджується згідно GNU Free Documentation License.
Архів пітримує Громадська організація Інформаційний центр "Майдан Моніторинг". E-mail: news@maidan.org.ua